Коллективное и индивидуальное сознание

Тема 3.2. Коллективное и индивидуальное сознание.

Что происходит в брюшке «инфоуробороса», то бишь в голове реципиента (читателя, слушателя, зрителя), когда в эту голову попадает информация, переданная по коммуникационным каналам? Здесь я вас огорошу, потому что согласно постулатам социальной психологии Гюстава Лебона головы у реципиента нет. Ну, или почти что нет.

Наиболее точно сущность массового сознания передает, на мой взгляд, образ всадника без головы, героя приключенческого романа английского писателя Томаса Майн Рида. Почему? Потому, во-первых, что массовое сознание по своей сути является почти исключительно массовым бессознательным, логическое мышление, разум играют в нем весьма скромную подчиненную роль. Разум толпы выполняет функцию, если говорить сегодняшним языком, лишь приемной антенны, которая улавливает внешние сигналы. Переработкой же поступивших сигналов, их расшифровкой и формированием на их основе решений занимается область бессознательного, сосредоточенная у каждого индивида в спинном мозге. Именно так мыслит толпа.

Понятно, что подобный способ мышления весьма специфичен. Ни о какой интеллектуальности в этом случае речи нет и Лебон здесь предельно категоричен: «В толпе может происходить накопление только глупости, а не ума», говорит он. Отсутствие интеллектуальности предопределяет важнейшие свойства толпы. Перечисление возьмите на карандаш, потому что это пригодится в работе. Итак, толпу характеризуют:

  • импульсивность;

  • раздражительность;

  • нетерпимость к критике;

  • неспособность обдумывать;

  • неумение рассуждать;

  • преувеличенная чувствительность.

Если вы прочитаете этот список как бы сам по себе, без привязки к теме сегодняшнего разговора, то, думаю, легко согласитесь, что в нем перечислены типичные свойства женского характера. Француз Лебон, несмотря на врожденную галантность, так прямо и пишет, что подобные особенности отличают существ, находящихся на низшей ступени эволюции, как то: женщин, дикарей и детей. То есть, не одним только социалистам и демократам достаётся от этого профессора, не щадит он и дам. Тем не менее, отмеченные им свойства толпы ценны тем, что подтверждаются на практике.

Теперь переходим к тому, каким образом массовое сознание, не пользуясь логикой, не включая разум, тем не менее, усваивает проникающие в него идеи и вырабатывает решения. И сейчас я вам открою, какова вторая причина, по которой образ всадника без головы я считаю самым точным для характеристики мышления толпы. Предупреждаю, однако, что наиболее чувствительные из вас могут вздрогнуть. Потому что верхОм на этой лошади скачет действительно… мертвец.

Это, я считаю, есть величайшее открытие Лебона в социологии. Это то, за счет чего в своих прогнозах путей исторического развития он оставил далеко позади себя и Карла Маркса, иВладимира Ленина, иГеоргия Плеханова, иФердинанда Лассаля, иЖана Жоресаи всех без исключения других деятелей социалистического и коммунистического движений. И в этом же ключ для понимания происходящего в обществе сегодня.

Что же это за мертвец? Этот безголовый труп есть наша с вами наследственность.

Наследственность опирается на еще более древнее основание, на инстинкты, то есть на врожденные программы поведения, записанные в геноме человека как биологического вида, поэтому фигура коня, животного могучего, но большую часть времени находящегося в нашем подчинении, здесь уместна.

Получается так, что, умирая, мы не умираем. Физическая смерть является изменением формы нашего существования: индивидуальная, личностная форма бытия сменяется на бытие общественное, социальное. Мы продолжаем жить, причем отнюдь не фигурально, а более чем активно, при этом наше существование после физической смерти приобретает нешуточное общественное значение вне зависимости от того, насколько заметной была наша роль при жизни. Парадокс в том и состоит, что гений – этот всплеск разума – не передается, не наследуется. Гений это болезнь. Если собрать гениев на одном острове, то такое племя скоро выродится. Наследуются только усредненные черты, в них корень жизнеспособности общества. Благодаря наследственности вся та «серая масса» человечества, которой при жизни не досталось власти и общественного значения, отыгрывается за себя после смерти. Умирая, мы становимся духом нации, душой расы, мы проявляем уже не свой собственный характер, а характер своего народа в собственных детях и внуках, мы неотвязно руководим ими и уверенно, чтобы не сказать диктаторски, направляем их.

Это именно мы после смерти будем делать русских русскими, армян армянами, немцев немцами, англичан англичанами и так далее. И величайшее открытие Лебона состоит в доказательстве того, что с нами, умершими, надежно укрывшимися в наследственности, в генофонде, ныне живущим бороться бессмысленно, мы непобедимы. Что бы ни выдумали наши дети и внуки, какие бы общественные реформы они ни затеяли, какие бы революции ни произвели, мы все вернем на круги своя. Бессильные против новых названий и новых лозунгов, мы, тем не менее, в самый короткий срок под этими обновленными вывесками восстановим прежний порядок. Революции суть не более чем сезонные линьки, это смена словесных перьев, это избавление от обветшавшей идеологической кожи, но и только. Коренным образом социальные организмы меняются так же медленно, как организмы живые, биологические. Вы не в силах изменить цвет своих глаз, своих волос, свой рост. Великие социальные реформы суть не более чем румяна, хна, грим и супинаторы.

«Биологические науки, – писал Гюстав Лебон в 1895 году, – претерпели большие изменения с тех пор, как эмбриология показала, какое громадное влияние имеет прошлое на эволюцию живых существ. Такое же изменение произойдет и в исторической науке, когда идея о влиянии прошлого получит большое распространение. До сих пор еще она недостаточно распространилась, и многие государственные люди проникнуты еще идеями…, что общество может порвать со своим прошлым и может быть переделано по всем направлениям, если будет руководствоваться светом разума». История России в ХХ веке, добавим от себя, это убедительно подтвердила – разум вчистую проиграл бессознательному.

Вопрос, куда мы уходим после смерти, с этого часа, надеюсь, не будет вас очень мучить. Душа народа, национальный характер – вот наше пристанище и, согласитесь, трудно подыскать более достойное для себя место. Однако в своих рассуждениях мы с вами должны двигаться дальше. Мы должны овладевать методами воздействия на народную, на национальную душу как на наиболее чувствительный элемент массового сознания, понимать ее, что, кстати, поможет вам лучше понимать себя.

Поэтому сейчас несколько слов об инстинктах. Сами инстинкты не несут национальной окраски. Национальные различия проявляются в том, каким образом мы свои инстинкты подавляем.

Термин «инстинкт» (от латинского instinctus – «побуждение») довольно расплывчат. Современные биологи и психологи используют его весьма осторожно, потому что не всегда можно отличить инстинкт от сложных форм поведения. Данный вид ощущений характерен для животного мира, растения, как вы знаете, реагируют лишь посредством рефлексов.

Инстинкты животных – это генетически запрограммированная строгая последовательность действий, связанных прежде всего с тремя главными сферами: пищевой, защитной и репродуктивной. Запишите эту формулировку и последующее: отличия инстинктов животных в том, что они: а) не требуют обучения; б) их цель животными не осознается; в) инстинкты практически не изменяются в зависимости от обстоятельств.

Пауки плетут свою паутину с математической точностью безо всякого предварительного плана, который потребовался бы человеку, и плетут всегда одинаково (у человека неизбежны варианты). Птицы строят гнезда, но никогда не пытаются их усовершенствовать. В животном мире не бывает «отщепенцев», то есть птиц, которые не строили бы гнезда, пауков, которые не плели бы паутину, что также подтверждает: животные цели своих действий не сознают.

Инстинкты человека сформировались не позднее неолита, то есть не позже 12 тысяч лет назад. Чем отличаются человеческие инстинкты? Тем, что мы знаем цель и предмет своего влечения, знаем способы его достижения. Поэтому человек способен выбирать пути, которыми он пойдет к вожделенной цели. Человек может откладывать удовлетворение инстинкта или даже вообще отказать ему в удовлетворении. Если инстинкты это базовые генетические программы, которые, по аналогии с компьютером, не могут не «запускаться», то есть они не могут не действовать, то управляются (подавляются) они с помощью генетических же «подпрограмм», выработанных наследственностью. Это можно назвать еще и по-другому – культура. Воздействует на инстинкты также и личный опыт человека, то есть в таком случае мы в своих действиях руководствуемся уже непосредственно разумом.

Конфликт между программой инстинкта и подпрограммами обычая, традиции, культуры в нашей христианской цивилизации выражается, например, в акцентированном, трагическом, я бы даже сказал, противопоставлении «материи» и «духа». «В членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих» (Рим 7, 15—23). Это из Послания к римлянам апостола Павла. Борьба с «животными началами», привычная для нас, приводит, в частности, к такому чисто человеческому явлению как невроз, которого не знают животные.

К чему столь длинное отступление в биологию? К тому, что очень многие человеческие чувства (а мы помним, что толпа живет не разумом, а чувствами) имеют, с одной стороны, основу животного инстинкта, но с другой, эти чувства закладываются в нас не в готовом виде, как закладывается инстинкт в котенка или в муравья, а формируются в течение некоторого времени. И существенно то, что время это довольно продолжительное. Отсюда два важных вывода: лишь в период формирования чувств возможно оказывать эффективное воздействие на наследственность (закрепившись, наследственность уже сама будет управлять нами). Второй вывод следует из первого: единственным возрастом человека с точки зрения возможности реально изменять его как социальное существо является детство. И только детство.

То есть, иными словами, если мы в действительности, а не на словах, хотим исправлять общество, то не революционные выступления надо готовить, не бомбы мастерить и не конституции писать, не каторжными работами пытаться исправлять недовольных – все это бесполезно, а нянчиться надо с собственными детьми. Надо помнить, что только в короткое время формирования чувств маленького человека мы в состоянии производить нужные изменения в его сознании, которые затем закрепятся в наследственности, закрепятся надежно, так, что уже если даже захочешь, не исправишь.

«Воспитание – единственное средство, которым мы обладаем, – пишет Лебон, – чтобы несколько действовать на душу народа». Лебон осторожно говорит «несколько», потому что даже при самых благоприятных обстоятельствах наши возможности воздействовать на наследуемые признаки очень невелики. Эти селекционные меры становятся заметными лишь при продолжительном – на протяжении нескольких поколений – целенаправленном воздействии.

Сегодня это гениальное предвосхищение Лебона подтверждают генетики, вот что они пишут: «Образно говоря, гены – это уже отснятое изображение на фотопленке, а среда – качество проявителя и условия проявления. Меняя проявитель и условия проявления можно изображение или улучшить или ухудшить, но не изменить».

Антропологи считают «архетипом» миролюбивого общества бушменов Канг (Kung Bushmen) Южной Африки, живущих охотой и собирательством, а также трудолюбивых фермеров Юго-Восточной Азии. Архетип воинственности — индейцы Южной Америки, в частности племя Яномамо (Yanomamo), члены которого регулярно встают на тропу войны. Оказалось, что в гене, кодирующем так называемый рецептор нейротрансмиттера дофамина (DRD4), у индейцев есть особая мутация 7R, которая и делает их весьма агрессивными, возбудимыми, импульсивными и несговорчивыми. У бушменов и восточно-азиатских фермеров такой мутации нет. Другие типы мутаций в этом гене также приводят к гиперактивности, к повышенной конфликтности, к постоянному поиску «острых» ощущений»

Коллективное бессознательное К. Юнга.

К. Юнг сравнивал архетипы с системой осей кристалла, которая преформирует кристалл в растворе, будучи неким невещественным полем, распределяющим частицы вещества. В психике таким «веществом» является внешний и внутренний опыт, организуемый согласно врожденным образцам. В чистом виде архетип поэтому не входит в сознание, он всегда соединяется с какими-то представлениями опыта и подвергается сознательной обработке.

Свойства архетипов:

1. Сложность описания архетипа заключается в том, что, по сути, словесная формулировка есть переведение в слова мыслей; архетип же, являясь неосознаваемым, то есть непродумываемым, также и сформулирован может быть очень условно. Отсюда и первая из основных особенностей архетипического объекта, которая состоит в том, что он принципиально не может быть полностью описан в логически упорядоченном и структурированном виде. Каждый архетип характеризуется бесконечной изменчивостью связанных с ним образов, и в то же время содержит нечто неуловимое, позволяющее во всем этом чувствовать единое начало, невыразимое словами и определениями. Т.е. архетип невозможно задать простым перечислением связанных с ним образов. Иными словами, как подробно и детально мы бы не описывали архетип, всегда найдется что-то важное, не попавшее в это описание.

2. Следующее важное свойство архетипа — невозможность провести четкую границу между разными архетипическими образами, которые как бы проникают, плавно переходят друг в друга. Архетип напоминает многомерный объект, который мы видим только как его отдельные проекции. Отсюда и бесконечное множество описаний, образов, ликов, и невозможность сведения архетипа к простому их перечислению, и размытые границы между разными архетипическими образами.

3. Очень важным свойством архетипа является его проявленность в нашем мире на самых различных понятийных, смысловых, семантических и символических срезах. Он может быть представлен как текст-описание, понятие, принцип, изображение, геометрический, звуковой или цифровой символ и т.д. При этом на каждом срезе или проекции архетипа, в силу его многомерной природы, ему может соответствовать целое множество внешне различных образов.

Наш мозг использует архетипы для облегчения процесса декодирования информации и быстрого ответа на нее.

Особенностью рекламы является то, что очень важно, чтобы она воспринималась человеком практически мгновенно и однозначно, без разночтений. В условиях городской среды, где за день на человека обрушиваются тысячи рекламных сообщений, каждый создатель рекламы пытается добраться до сознания потребителя первым и внушить ему свою собственную мысль. Исследователи утверждают, что использование архетипов является на сегодняшний день одним из наиболее действенных инструментов для создания успешных брэндов и эффективной рекламы. Исследования BrandAsset Valuator показывают, что брэнды, четко соответствующие определенному архетипу, реально и стабильно увеличивают прибыльность и успех компании. В условиях лавинообразного роста количества брэндов и торговых предложений древние архетипы позволяют потребителям успешно удовлетворять свои запросы. Как известно, не только «на вкус и цвет товарища нет», но и любое физическое или социальное явление воспринимается людьми по-разному. Сложность состоит в том, что каждый из нас видит через призму личных ценностей и предпочтений. И виной тому — базовые архетипы. Архетипы существуют в подсознании каждого человека, создавая своего рода «фильтры» для входящей информации и являясь по сути «субличностями». Эти «субличности» проявляют себя в различной степени – есть основные (сильные, доминирующие) и есть вспомогательные (слабые, редко используемые). Их «активность» зависит от целого ряда факторов: врожденных способностей, особенностей воспитания, социальной среды, возраста, уровня доходов, гендерных установок, страхов и пр. Для изучения покупателей существенно то, что при всем многообразии мотивов потребительского поведения, можно выделить восемь упомянутых нами архетипов.

Где искать архетипы? Национальный фольклор, сказки, предания, легенды всегда содержали образы, очень похожие и даже одинаковые не только в разных странах, но и даже на разных материках, жители которых жили в изоляции друг от друга. Ведь ни у кого у нас не возникало проблем с восприятием сказочных образов, их интерпретацией, т.к. современная цивилизация, отказавшаяся от мифологии, насчитывает всего несколько поколений, а наши предки жили в соответствие с коллективными представлениями на протяжение тысячелетий.

Известно, что реклама воздействует через рациональную сферу (убеждение, «разум») и через сферу неосознаваемую (область эмоций и подсознания). Сравнительно легко прогнозировать воздействие рекламы в «разумной» сфере, сложнее предугадать, как будут работать более тонкие механизмы, на уровне глубокого душевного впечатления. Практики часто говорят о спонтанности и непредсказуемости творческой удачи, эмоциональный результат угадывается интуитивно и кажется недоступным анализу.

Добавляемое к содержанию рекламы «архетипическое сообщение», усиливает, ослабляет или запутывает «рациональную» часть сообщения.

Если при восприятии рекламы (целиком или частично) подключается архетипический уровень, у воспринимающего автоматически усиливаются все соответствующие данному архетипу эмоциональные реакции и бессознательные ожидания. Важно только, чтобы они соответствовали цели рекламного сообщения. Можно целенаправленно формировать изобразительный или смысловой ряд рекламного сообщения так, чтобы он вызывал нужный архетип. Чаще всего можно наблюдать эффект от удачного использования архетипических элементов в «имиджевой» рекламе.

Отдельные архетипы можно распознать в персонажах (ролях) рекламы или в конкретных сюжетных изображениях. Это кажется удивительным, но архетип проявляется не только в социальной роли, но каждому архетипу соответствуют определенная стилистика изображения, тип графики, выбор цвета, композиция, набор предметов (в визуальном ряду), стиль музыки и так далее.

Так, например, архетипу «ребенок» соответствует буйство красок, достаточно простых, со смещением скорее в пастельные сочетания, чем в сложные грязноватые оттенки; динамика в композиции, причем движение скорее всенаправленное, чем устремленное к четко заданной цели; обращение к образам игры, открытий, невероятных и сказочных сюжетов; «неформальная», чуждая академичности графика.

Напротив, архетипу «мудрец» соответствует сдержанная или ахроматическая цветовая гамма; четкость в построении композиции, разделенной на определенные смысловые блоки, связанные между собой очень логично; умеренность, возможно, симметричность; отсутствие бурной эмоциональности; академичность и реалистичность в графике.

Архетип же «хранитель», схожий с «мудрецом» эмоциональной сдержанностью, спокойствием композиции, отсутствием ярко выраженной динамики, в то же время отличается присутствием цвета, правда, не очень яркого, но скорее оптимистичного и теплого, создающего ощущение уюта.

Если речь идет о чем-то более сложном, чем создание настроения, — это требует обращения не к одному архетипу, а к некоторому сценарию, в котором последовательно сменяются архетипические темы. Существуют узнаваемые «архетипические сценарии», которые каждый житейски наблюдательный человек знает по своему опыту. Эти универсальные структуры — «архетипические образы-персонажи» и «архетипические сценарии» — можно описать в академическом виде. Но это не очень удобно для рекламной практики. Более живой способ знакомства с ними предполагает своего рода возвращение в детство. Уже говорилось, что много архитепического содержится в сказках и легендах, так что правильное обращение к ним способствует правильному прочтению рекламного смысла. Отдельные персонажи воплощают в себе черты архетипов, сюжеты сказок, комбинации ходов, «архетипические сценарии».

Техника использования этого метода проста: надо найти, стилю какого сказочного героя соответствует то, что нужно сообщить в рекламе. А затем постараться сделать рекламу такой, чтобы она оказалась «параллельной» найденному сказочному сюжету. А потом, это самое важное, надо проверить результат через сказку.

Однако использование целых архитепических сюжетов в большей мере относится к видеорекламе, нас же интересует реклама графическая, в которой возможности представления сюжетной линии достаточно скромны, как правило, мы имеем дело с образом ярким, но мгновенным. Рассмотрим использование отдельных архетипов.

Архетипичность дает ощущение «правильности» изображения, его соответствия внутренней реальности воспринимающего. После контакта с рекламой остается «след». И позже, когда появляется это «архетипическое» состояние, сами собой вспомнятся образы или темы рекламы. Реклама начинает жить в случайных ассоциациях, в анекдотах, в шутках, в метафорах…

Для того чтобы выбрать нужный архетип для конкретного рекламного проекта, автор должен решить, какое настроение, стиль, какие ассоциации он хочет «встроить» в свое творческое решение, чтобы они провоцировали нужную тему у воспринимающего. Затем эта эмоциональная тема уточняется таким образом, чтобы добиться единства и непротиворечивости сообщения (чтобы это послание совпадало со смысловым рядом одного из архетипов). А затем подобрать сюжет или изобразительный ряд, сравнивая его с известными «архетипическими» или проверяя собственные новые творческие идеи, сравнивая их со стандартным смысловым рядом выбранного архетипа. Этот метод требует определенной практики и художественного чутья.

Эффективно применение только одного архетипа в рекламном сообщении, тогда сообщение воспринимается как завершенное, «сильное». Использование двух и более архетипов создает подобие сюжета и поэтому менее надежно, так как труднее с уверенностью «держать» внимание зрителя. Неслучайные сочетания архетипов — это скорее всего все-таки вариации на темы сказок. При случайных сочетаниях архетипов получается противоречивое сообщение или парадокс, в лучшем случае, анекдот.

Темы 3.3 и 3.4. Управление коллективным сознанием коммуникативными средствами и Использование психологических особенностей восприятия при создании рекламного образа.

Коллективное (бессознательное) сознание

Коллективное бессознательное — «это духовное наследие того, что было пережито человечеством», «единая душа, не знающая временных пределов», фундамент индивидуальной психики. Оно есть «предпосылка каждой индивидуальной психики, схоже с тем как небо, предпосылка каждого отдельного облачка».

Коллективное сознание

По Э. Дюркгейму — духовное единство общества, не являющееся простой суммой индивидуальных сознаний, существующее независимо от них в виде соц. факторов (обычаев, морали, права, традиций, знаний и т.д.), оказывающее сильное влияние на индивидуальное сознание.
Характеризуя коллективное бессознательное в качестве такой психической организации, которая включает «коллективную, универсальную и безличную природу, идентичную у индивидов», Юнг выделяет такие, свойственные особенности:

  1. существованием обязано исключительно наследственности;
  2. не основано на личном опыте и не развивается индивидуально;
  3. его содержание в основе своей представлено архетипами — точно предшествующими формами, которые вторичным образом становятся осознаваемыми.

Архетипы настолько близки инстинктам, что можно предположить, что они представляют собой бессознательные образы самих инстинктов. Являясь регулятором психической жизни, выступающие, как априорные формы психической деятельности людей и возникают спонтанно.
Юнг отмечает, что архетипов «ровно столько, сколько есть типичных жизненных ситуаций. Бесконечное повторение отчеканило этот опыт на нашей психической конституции — не в форме заполненных содержанием образов, но прежде всего как формы без содержания, представляющие только варианты определённого типа восприятия и типа действия».
Коллективное сознание создаёт моральную общественную, среду, заставляющую людей принимать способы действия и мышления, распространённые в обществе, этносе.

Формы Коллективного сознания: коллективные представления, коллективные чувства

На заставляющую, влияющую на жизнь людей роль коллективного, я и хочу акцентировать внимание. Потому что мы даже не замечаем, как это происходит, но вдруг наше настроение или решение трактуется таким образом, что часто принимаются не те решения, проявляется не тот результат, которого бы хотелось получить.
Всё это потому, что влияние бессознательного происходит независимо от нашего желания, т.е. коллективное сознание, априори как негласное правило, с которым не поспоришь. Которое сформировано веками и закреплено опытом существования человечества.
Например: «Без труда не вытащишь рыбку из пруда» — отсюда трудится наш народ, трудиться, а вытаскивает только «рыбку» или становится трудоголиком и работает без отдыха и продыха.
Или друзья кругом, какие-то встречи, тусовки, и о семье забывают подумать, а этому основа: «Не имей сто рублей, а имей сто друзей».
И ещё много разных тем, на которые можно зацепить эмоционально: «Много радуешься, как бы плакать не пришлось», «привыкать к плохому, вдруг хорошего и не будет», «чтобы жизнь мёдом не казалась» и мн. другое.
Из-за знания и веры большинства людей в то, что «диабет не исцелим», или «рак не исцелим», или гипатит С, В не исцелим. Люди даже не пытаются лечиться, дабы против коллективного мнения не пойдёшь.
Вот и живут люди не своей жизнью, чувствуют не свои чувства.
Не всё так печально, у меня есть отличная новость для вас.
В тета хилнг на это всё можно повлиять. А именно — раскопкой, которая проходит в тета диапозоне мозга. По средствам которой открывается допуск к опыту бессознательного не только человека, но и коллективного сознания через человека.
Когда люди приходят на терапию, ожидание, что может быть что-то сверхъестественное, по крайней мере нужны, как минимум, носовые платки или салфетки для того, чтобы вытирать слёзы, потому что это как-то очень должно быть трагично. Это может в другой психотерапии, в тета-хилинг такого не бывает.
Почему? Потому что само тета-состояние, оно уже в гармоничной вибрации и само состояние исцеляет. А когда идёт сессия или групповая раскопка в режиме — вопрос от Творца и ответ клиента, которые уводят в причину следствия. Для клиента происходит ещё более сильное эмоциональное освобождение, с которым человек уже остаётся навсегда. Групповая раскопка тоже эффективно работает непосредственно с программами и чувствами коллективного бессознательного. Отключаясь и меняя убеждения коллективного сознания, происходит изменение и трансформация опыта накопленного веками, как информационное поле Земли, действующая на индивида. Чем больше произойдёт изменений как отказ от страданий общего опыта, тем быстрее изменения произойдут для людей планеты.

Общественное и индивидуальное сознание, их структура и взаимосвязь. Функции сознания

Категория сознания употребляется в двух смыслах: широком и узком. В широком смысле слова сознание есть высшая форма отражения, связанная с социальным бытием человека и являющаяся довольно сложным многоуровневым образованием. В узком смысле слова сознание является ядром психической деятельности человека и связывается с абстрактно-логическим мышлением. Поскольку анализ структуры сознания должен быть по возможности всесторонним, мы, чтобы избежать путаницы, понятие сознание будем употреблять в широком смысле слова как синоним высшей формы отражения мира, свойственный человеку.

Проблема структуры сознания актуализировалась в последнее время в связи с интенсивным проникновением системно-структурного метода в различные области знания и повышенным интересом к проблеме сознания со стороны языкознания, культурологии, этнографии, психологии, социологии, политологии и других наук. Каждая наука акцентирует внимание на определенных структурных элементах сознания с точки зрения своей предметной области, поэтому перед философией стоит задача интегрирования конкретно-научных знаний о сознании, сохранения целостности, нерасчлененности такого сложнейшего феномена, которым является сознание.

Структурировать сознание можно по разным основаниям. Наиболее универсальными, на наш взгляд, являются, во-первых, членение сознания по отношению к носителю, субъекту – общественное и индивидуальное; во-вторых, по степени осознанности бытия, средствам и методам отражения действительности – уровни и формы; в-третьих, по роли его основных компонентов в регулировании человеческой деятельности – сферы.

Анализ структурных элементов сознания по любому из оснований предполагает необходимость учитывать роль и значение структуры сознания по всем остальным. Так, рассматривая соотношение общественного и индивидуального сознания, нельзя забывать о роли бессознательного или волевого компонента как в сознании индивида, так и в массовом или групповом сознании. Или при анализе когнитивной или эмоциональной сферы сознания нельзя не учитывать роли таких форм сознания, как наука, идеология и религия. Все грани бытия сознания характеризуют его многокачественность и требуют специального рассмотрения.

Наиболее общим основанием структурирования сознания является выделение в нем общественного и индивидуального сознания, возникающих как отражение разных типов бытия. Как известно, сознание зарождается в глубинах психики конкретного человека. Здесь происходит оформление системы понятий, определенных форм мышления, свойственных сознанию как таковому. Но деятельность сознания порождает и феномены сознания – мир ощущений человека, его восприятий, эмоций, идей и т.д., которые в свою очередь формируются под воздействием многих факторов. К ним относятся природные данные, условия социальной среды, личная жизнь человека, обстановка трудовой деятельности, возраст и др. Кроме того, в процессе деятельности люди постоянно обмениваются мнениями, суждениями, опытом. В результате этого вырабатываются общие для определенных социальных групп взгляды, понимание, оценки явлений, а также общие интересы и цели. Они влияют и на сознание отдельных людей.

Таким образом, индивидуальное сознание существует только во взаимосвязи с сознанием общественным. При этом они образуют противоречивое единство. Действительно, источником формирования как общественного, так и индивидуального сознания является бытие людей. Основой их проявления и функционирования выступает практика. Да и способ выражения – язык – тоже один. Однако это единство предполагает существенные различия. Во-первых, индивидуальное сознание имеет «границы» жизни, обусловленные жизнью конкретного человека. Общественное же сознание может «охватывать» жизнь множества поколений. Во-вторых, индивидуальное сознание находится под воздействием личных качеств индивида, уровня его развития, личного характера и т.д. А общественное сознание в каком-то смысле надличностно. Оно может включать в себя то общее, что характерно для индивидуального сознания людей, определенную сумму знаний и оценок, передающихся из поколения в поколение и изменяющихся в процессе развития общественного бытия. Другими словами, общественное сознание свойственно обществу в целом или входящим в него различным социальным общностям, но оно не может быть суммой индивидуальных сознаний, между которыми имеются существенные различия. И в это же время общественное сознание проявляется только через сознание отдельных индивидов. Поэтому общественное и индивидуальное сознание взаимодействуют между собой, взаимно обогащают друг друга.

Уже в античной философии начало зарождаться мнение о том, что сознание существует в обществе не только в индивидуальных, но и в общественных формах. Так, Платон предполагал, что в основе общественного сознания лежат вечные надкосмические идеи, а Геродот и Фукидид высказали предположение о психических особенностях, нравах, разном складе мышления народов и племен. И в дальнейшем общественный феномен сознания был предметом интереса мыслителей разных эпох. В современной литературе существуют три точки зрения на проблему сущности и природы общественного сознания: 1) общественное сознание функционирует только посредством индивидуальных сознаний; 2) существует независимо от сознания индивида и предшествует ему; 3) проявляется как в личной, так и в надличностной форме в виде культуры, отделенной от человека. В основе различий данных точек зрения лежат разные подходы к пониманию природы идеального.

Под общественным сознанием следует понимать совокупность существующих в обществе идей, теорий, взглядов, чувств, настроений, привычек, традиций, отражающих общественное бытие людей, условия их жизни.

Субъекту, рассматриваемому на различных уровнях общности — человечество, государство, этнос, семья, индивид – соответствует свой тип сознания. Субъект-индивид, логически завершая иерархию структурной организации общества, всегда «укоренен» в тех или иных социальных общностях и несет в своем индивидуальном сознании отпечаток социально-групповых интересов и требований, представленных в индивидуальной форме. Индивидуальное сознание в ряде отношений богаче общественного, в нем всегда присутствует нечто индивидуально-личное, не объективируемое во внеличностных формах культуры, неотчуждаемое от живой личности. В то же время содержание общественного сознания шире содержаний индивидуальных сознаний, но его нельзя истолковывать как абсолютно внеличностное. Сложившееся в виде элементов духовной культуры общества, оно предшествует каждому формирующемуся сознанию, выступает как условие его формирования и развития. Но только индивидуальное сознание является источником новообразований в общественном сознании, источником его развития.

Сложность структуры сознания, взаимосвязи его элементов проявляется в том, что оно, как общественное, так и индивидуальное, включает в себя всю гамму разнообразных психических реакций человека на внешний мир, взаимодействующих и влияющих друг на друга. Любая структура сознания «обедняет» его палитру, делает акцент на значимости одних элементов и оставляет «в тени» другие. Но без анализа структуры этого сложно организованного явления невозможно понять его суть, его природу и, главное, роль и значение в регулировании человеческой деятельности.

При анализе сознания необходимо обратиться и к рассмотрению бессознательного, так как феномен бессознательного является объектом изучения рядом наук и участвует в функционировании психики человека в целом. Бессознательное – это совокупность психических явлений, состояний и действий, не представленных в сознании человека, лежащих вне сферы его разума, безотчетных и неподдающихся, по крайней мере в данный момент, контролю со стороны сознания.

Бессознательное проявляется в различных формах – влечении, установке, ощущении, интуиции, сновидении, гипнотическом состоянии и др. Но не все, находящееся за пределами фокуса сознания, неосознаваемое следует относить к бессознательному. К уровню бессознательного относятся инстинкты, от которых человек как биологическое существо не может освободиться. Но инстинкты порождают у человека желания, эмоции, волевые импульсы, которые могут переходить на уровень осознания, и, кроме того, бессознательное может направлять поведение людей и в этом отношении воздействовать на их сознание. А с другой стороны, так называемые автоматизмы и интуиция могут сформироваться на уровне перцептивно-мыслительной деятельности, а затем, в результате многократного повторения, приобрести бессознательный характер, выйти из-под контроля сознания. В структуре бессознательного особое место занимает уровень подсознания, включающий психические явления, связанные с автоматизмами. С физиологической точки зрения бессознательные процессы весьма целесообразны. Они выполняют охранную функцию, освобождая мозг от перенапряжения, автоматизируя человеческие действия и увеличивая творческие возможности человека.

З. Фрейд на базе экспериментальных и клинических данных обосновал важную роль бессознательного в психической деятельности человека, представил его в виде могущественной иррациональной силы, находящейся в антагонистическом противостоянии деятельности сознания. В современной философии и психологии бессознательное признается и широко используется не только в научном анализе, но и в практической медицине (метод психоанализа).

Термин «бессознательное» используется для характеристики не только индивидуального, но и группового поведения, цели и действия которого не осознаются участниками действия. Последователь и популяризатор концепции Фрейда К. Юнг, изучая бессознательное, обнаружил в его структурах образы коллективного бессознательного — «архетипы». В отличие от «комплексов» Фрейда как индивидуальной жизни человека, архетипы связаны с коллективной жизнью людей и передаются из поколения в поколение по наследству. Архетипы представляют собой систему врожденных программ и установок, типических реакций, которые не декларируются как социокультурные нормы, но исходят из глубинных наслоений психической жизни человеческого рода. Они могут служить объяснительной моделью поведения человека и общества. Если сознание не будет учитывать возможность проявления архетипов и ориентировать их, привлекать как аттракт, психике грозит вторжение бессознательного в самых примитивных формах. По мнению К. Юнга, это может привести к индивидуальным и массовым психозам, лжепророчествам, волнениям и войнам.

Следует заметить, что и сознание, и бессознательное являются реальными сторонами психики, обеспечивающими ее единство. В генезисе психики человека бессознательное является первым этапом ее становления и развития, на основе которого начинает формироваться сознание. Под влиянием эволюции сознания бессознательное в субъекте очеловечивается и социализируется.

Характеризуя структуру общественного сознания по степени и способам осознания действительного мира, можно выделить уровни (обыденно-практический и научно-теоретический) и формы, различающиеся методами и средствами отражения действительности и воздействия на реальную жизнь людей.

К обыденному сознанию относится сознание масс людей, формирующееся в практике повседневной жизни, в непосредственном взаимодействии с окружающим миром в труде и быту. Оно включает в себя 1) накопленный веками опыт трудовой деятельности, эмпирические знания, навыки, представления об окружающем мире, стихийное мировоззрение, сложившееся из фактов; 2) житейские нормы нравственности, обычаи, стихийно сложившиеся представления о своем положении, своих потребностях; 3) народное художественное творчество. Обыденное сознание не обладает глубиной рационального осмысления, четкой осознанностью, научной обоснованностью и в этом аспекте уступает сознанию теоретического уровня. Зато обыденное сознание имеет такие преимущества перед теоретическим, как полнота, многосторонность, цельность мироощущения. Кроме того, обыденное сознание ближе, чем теоретическое, к непосредственной реальной жизни, поэтому полнее, детальнее отражает особенности ситуаций текущей социальной действительности.

Обыденное сознание очень близко к индивидуальному. Однако это массовое, коллективное сознание и формируется оно в сознании определенных групп. Определение массового сознания представляется довольно сложным. Одни утверждают, что это разновидность обыденного сознания, другие, что это сознание различных типов и видов масс (сознание больших социальных групп, общечеловеческое сознание), третьи интерпретируют общественную психологию как массовое сознание. Это связано с тем, что в действительности массовое сознание является очень сложным духовно-социальным феноменом. Оно представляет собой совокупность психических, гносеологических и социальных по природе духовных образований, включающих элементы всех уровней и форм общественного сознания. Оно выражает реальное состояние сознания больших масс людей, со всеми его противоречиями, особенностями и различием наполняющих его компонентов.

Категория «массовое сознание» может рассматриваться в тесной связи с категорией «общественное мнение». Общественное мнение — это суждения людей по поводу фактов действительности, оценка состояния жизни в области экономики, политики, морали, науки, религии и т.д. В этих суждениях переплетается обыденный, эмпирический подход к событиям общественной жизни с теоретическим, научным.

На уровне обыденного сознания развивается общественная (или социальная) психология, являющаяся одной из составных частей обыденного сознания. Она охватывает собою область социальных чувств, настроений, представлений, эмоций, традиций, обычаев, предрассудков, взглядов, формирующихся у различных социальных групп людей в условиях их повседневной жизнедеятельности: в труде, в общении между собой. Общественная психология представляет собой первую, непосредственную ступень отражения общественного бытия.

Теоретическое сознание представляет собой отражение существенных связей и закономерностей действительности. Оно стремится проникнуть в ее внутреннюю сторону, поэтому находит свое выражение в науке. Теоретический уровень общественного сознания трансформируется в идеологию. Идеология представляет совокупность теоретически обоснованных политических, философских, эстетических взглядов, правовых и нравственных норм и принципов, которые носят систематизированный характер. В конечном счете идеологические воззрения обусловлены экономическими отношениями и выражают интересы, цели, стремления, идеалы определенных классов и других социальных слоев и групп. В идеологии идеи и взгляды систематизируются, разрабатываются теоретически, приобретают характер идеологических систем и концепций.

Многообразие видов общественно-практической деятельности людей порождает различные способы духовного освоения действительности. В силу этого можно выделить следующие формы общественного сознания: политическое, правовое, нравственное, эстетическое, религиозное или атеистическое, философское и научное. Процесс дифференциации общественного сознания, возникновение новых структурных элементов продолжается и он обусловлен объективным процессом дифференциации общественных отношений, потребностями развития общества.

Критериями разграничения форм общественного сознания выступают:

— предмет отражения, особая сторона или аспект общественного бытия;

— способы, приемы и методы отражения общественного бытия;

— особенности возникновения и развития каждой из существующих форм;

— социальные функции каждой из форм общественного сознания.

Все формы общественного сознания тесно связаны между собой и оказывают друг на друга активное воздействие. В различные социальные эпохи их роль в жизни общества меняется. Так, с возникновением классов политическое сознание прочно занимает ведущее положение в отношении всех форм общественного сознания; эпоха Возрождения характеризуется возрастанием роли эстетического освоения мира, а период средневековья – господством религии; становление капиталистических отношений кладет начало постоянно возрастающему воздействию науки на все стороны общественной жизни. Но во всех этих процессах определяющую роль играет политическое сознание.

В зависимости от роли основных компонентов сознания в регулировании человеческой деятельности в его структуре можно вычленить сферы: когнитивную, эмоциональную и мотивационно-волевую.

Когнитивную сферу сознания составляют познавательные особенности субъекта, процесс познания и результат познавательной деятельности. Они образуют «левую половинку» нашего сознания, ориентированную, в первую очередь, на внешний предметный мир, и ее главной целью является адекватное отражение мира.

Эмоциональная сфера выражает состояние внутреннего мира человека, его личностное, субъективно-психологическое отношение к объекту внешнего мира, к другим людям, к самому себе. Она включает: а) собственно чувства (радость, любовь, ненависть, отвращение, симпатия, антипатия); б) аффекты (ярость, ужас, отчаяние, предчувствие, галлюцинации, стрессы); в) страсти и эмоциональное самочувствие или настроение (веселое, подавленное); г) элементарные эмоции, связанные с сенсорными реакциями (голод, жажда, усталость). Эмоции -– это отражение объекта в форме переживания, душевного волнения и оценочного отношения к нему. В эмоциях объект не противостоит субъекту, а переживается как единое целое с субъектом, удовлетворяя его потребности. При сильных переживаниях сознание вообще отключается.

Мотивационно-волевая (или ценностно-смысловая) сфера «ответственна» за формирование мотивов, интересов, духовных идеалов личности в единстве со способностью достигать цель. Волевые действия, побуждая или тормозя активность субъекта, проявляются в ситуациях выбора мотивов и целей. В этой сфере формируется и развивается не истина как форма согласования сознания, мысли и предметной действительности, а ценности красоты, справедливости, добра, долга как форма согласования действительности с нашими идеалами, целями, убеждениями.

Волевая и эмоциональная сфера образуют «правую половинку» сознания, в которой предметом познания выступает сам субъект и продукты его творческой самореализации в многообразных формах духовной культуры общества. Внешне познавательная сфера сознания представлена здесь в снятом виде, редуцирована и подчинена эмоционально-волевой компоненте.

Интегрирующим ядром в структурной организации сознания является мышление. Оно не только пронизывает все его составляющие, но и выступает ведущим фактором (при нормальном состоянии психики) поведения людей, их конструктивной практической деятельности. В свою очередь эмоции способны порождать новые потребности и мотивы, а воля ведет к достижению нового знания, выступает связующим звеном знаний, эмоций и практической деятельности людей.

В разных сферах практической, познавательной и коммуникативной деятельности субъекта с необходимой полнотой обнаруживается роль каждого компонента сознания, которые без воздействия и участия друг друга не функционируют.

Знания, эмоции, воля в своем единстве характеризуют работу сознания и обеспечивают выполнение им ряда жизненно важных для человека функций.

Первейшая функция сознания, выражающая саму его сущность, есть функцияпознания — верного, адекватного отражения действительности. Сознание позволяет человеку проникнуть в сущность предметов, процессов, явлений объ­ективного мира, получить нужную информацию о них. По­знание осуществляется в формах чувственного и рациональ­ного отражения, на эмпирическом и теоретическом уровнях мышления. Особенность человеческого отражения — его осознанность. Иначе говоря, познание неразрывно связано сосо­знанием того, что собой представляет та или иная вещь, в каких отношениях она находится с другими вещами, какое значение она имеет для познающего субъекта. Осознание присуще только человеку.

Благодаря единству познания, осознания, самосознания выполняется важная функцияоценки получаемой информа­ции. Человек не только получат данные о внешнем мире, но и оценивает степень их адекватности и полноты, оцени­вает саму действительность с точки зрения своих потреб­ностей и интересов.

Человеческое сознание выполняет также функцию накопления знаний (аккумулятивную функцию). В сознании индивида накапливаются знания, полученные из непосредственного, личного опыта, а также добытые его современниками или предшествующими поколениями людей. Эти знания становятся основой для добывания новых знаний, для осуществления практических действий.

Однако их реализация возможна лишь благодаря тому, что сознание выполняет еще одну важную функцию — постановку цели. Опережая ход событий, человек строит модель «желаемого будущего» и определяет пути его дости­жения, то есть ставит цель и планирует свои действия.

Высшие возможности сознания проявляются в егоконструктивно-творческой функции, заключающейся в мысленном конструировании направлений и форм деятельности человека в целях создания принципиально нового. Сознание может предсказывать, предвосхищать то, что произойдет в силу действия объективных законов.

На основе оценки факторов и в соответствии с поставленными целями сознание регулирует, упорядочивает действия человека, а затем и действия человеческих кол­лективов, то есть осуществляет функциюуправления. Так как деятельность индивида как общественного существа требует общения личности с другими людьми, взаимного обмена мыслями и знаниями, то сознание, преобразуя мысль в слово, осуществляет функциюсвязи (коммуникативную функцию).

Таковы важнейшие функции сознания. Все они взаимо­связаны и взаимно переплетаются. Взаимодействие компонентов сознания обнаруживает их различия, что в свою очередь диктует необходимость комплексного подхода в исследовании феномена сознания, в котором необходимо выделить следующие аспекты:

— онтологический – сознание по способу своего бытия есть свойство мозга, нервные процессы головного мозга являются материальными носителями сознания;

— гносеологический — сознание по содержанию есть отражение действительности, информация о внешнем мире, полученная на основе его целенаправленного отражения субъектом;

— генетический — сознание есть продукт развития биологической и социальной форм движения материи; общественно-предметная деятельность субъекта есть условие становления и развития сознания;

— функциональный – сознание фактор управления поведением и деятельностью, условие становления форм логического мышления.

Многоаспектность сознания диктует, в свою очередь, необходимость разработки программ его исследования, которые могли бы обеспечить интегральный подход к определению его сущности. В современной философии и науке сложились три типа наиболее перспективных программ изучения природы, сущности и содержания сознания.

Инструменталистские программы подходят к сознанию как к инструменту, средству, форме жизнедеятельности человека.С их помощью исследуются когнитивно-информационные механизмы сознания: извлечение и преобразование информации, а также распознавание образов, вычисление и координация операций. Знание этих механизмов крайне необходимо при анализе и планировании, управлении и принятии решений в практике, познании и обучении людей. Эти программы достигли заметных успехов при обращении к аналогам «искусственного интеллекта», раскрывающим операционно-вычислительные способности человека.

Интенционалистские программы (интенция – направленность) анализируют условия возможностей протекания процессов сознания. Одна и та же информация о мире может получать в сознании разные значения и названия в зависимости от того, на что направлено сознание, с кем или чем, каким объектом контактирует субъект. Интенциональные свойства сознания стали систематически изучаться с начала XX века в феноменологической философии и психологии. Интенциональные механизмы сознания формируют объективный смысл содержания названий со свойствами его описательности, демонстративности и аналитичности.

Кондиционалистские программы (conditio – условие) исследуют зависимость сознания от телесной организации, от строения и функций психики, бессознательного, факторов общения, социального окружения, культуры и истории человека.

Все три типа программ анализа сущности сознания позволяют исследовать механизмы действия его структурных элементов и составить представление о функционировании исследуемого феномена как сложного, самоорганизующегося системного образования, в котором каждая структура и каждый ее элемент выполняют особые функции, обеспечивая выполнение функций самого сознания.

Литература

1. Гурьев Д.В. Загадки происхождения сознания. М.: Изд-во РУДН, 1997. — 225 с.

2. Книгин А.Н. Философские проблемы сознания. — Томск, Изд-во Томского ун — та, 1999.- 338 с.

3. Концептуализация и смысл. — Новосибирск: Наука, Сиб. отд-ние, 1990. — 239 с.

4. Лешкевич Т. Г. Философия. Вводный курс. Темы: 30-33, 39-44. М.: Конкур, 1998.- 464 с.

6. Михайлов Ф.Т. Общественное сознание и самосознание индивида. — М.: Наука, 1990. — 222 с.

7. Патнэм Х. Философия сознания. М.: Дом интеллектуальной книги. — 1999. — 240 с.

8. Познание в социальном контексте. — М.: ИНФАН, 1994. — 171 с.

9. Портнов А.Н. Язык и сознание: Основные парадигмы исследования проблемы в философии XIX-XX вв. — Иваново: ИВГУ, 1994. — 367 с.

10. Проблема сознания в современной западной философии. М.: Наука, 1989. — 250 с.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *