Фазы развития психотерапевтической группы

Фазы развития психотерапевтической группы

Терапевту необходимо представлять закономерности развития группового процесса по ряду причин. Во-первых, это помогает выделить терапевтические факторы, которые на определенных этапах развития группы могут стимулировать или подавлять групповую работу. Во-вторых, знание этих закономерностей, позволяет максимально помочь участникам в достижении психотерапевтических целей. Зная, какие проблемы и кризисы могут проявиться на определенных этапах, терапевт более ясно представляет, когда и что ему следует делать. В-третьих, терапевт может заранее предвидеть, чего ожидать от группы, и заблаговременно подготовиться к изменениям. Наконец, терапевт может представить перспективу работы группы ее участникам.

Фазы развития психотерапевтической группы: 1. Период образования группы (фаза ориентации и зависимости, фаза напряжения). Все члены приходят со своими установками, ожиданиями, с высоким уровнем тревоги и адекватные представления о групповой психотерапии отсутствуют, поэтому у них сформирован перенос ответственности за результат лечения на психотерапевта. Ожидание директивного поведения, они ждут указаний, активных действий со стороны руководителя. Несоответствие поведения психотерапевта ожиданием пациентов создает в группе высокий уровень напряженности. 2. Растормаживание агрессивности, конфликтов и протестов. Поведение пациентов более активное со скрытой или явной агрессией к психотерапевту. Появляется борьба за лидерство, место и положение в группе, обостряются внутригрупповые конфликты. Конфронтация с психотерапевтом продолжается но она идёт более правильно. Открытое выражение чувств в отношении психотерапевта, анализ их причин считается завершением фазы. 3. Развитие сплочённости, сотрудничества. Развивается чувство принадлежности к группе, ответственность за её работу. В ответ пациент получает признание группы, положительное влияние на степень самоуважения и принятие пациентом самого себя. 4. Рабочая фаза. Фаза изменений установок и отношений. Происходит развитие процесса направленного на решение собственных психотерапевтических задач. Использование приобретенного опыта во внеклинических ситуациях. 5. Распад группы. Регрессия или вымирание. Решив проблемы группа распадается.

Сопротивление групповой психотерапии, формы

Сопротивление является противодействием превращению бессознательных процессов в сознательные, возникающим во время психоаналитического лечения. Считается, что пациенты находятся в состоянии сопротивления, если они препятствуют интерпретациям аналитика. Они оказывают сильное или слабое сопротивление в зависимости от того, насколько им легко или трудно позволить аналитику понять их. Сопротивление связано с проявлением защиты.

Когда пациенты обращаются за помощью, то они, как правило, мотивированы стремлением облегчить невротические симптомы и, кроме того, на рациональном уровне хотят сотрудничать с психотерапевтом. Однако любой пациент, независимо от того, насколько сильна и реалистична его мотивация, проявляет амбивалентность в своем желании вылечиться. Те же силы, которые вызывают симптомы у пациента, действуют с целью предотвращения сознательной реконструкции воспоминаний, чувств и импульсов. Эти силы противодействуют намерениям терапии, которая стремится вернуть эти болезненные эмоциональные ощущения в сознание пациента. Фрейд характеризовал это таким образом: «Если мы стремимся вылечить больного, освободить его от болезненных симптомов, то он оказывает нам ожесточенное, упорное сопротивление, длящееся в течение всего лечения… Сопротивление чрезвычайно разнообразно, в высшей степени утонченно, часто трудно распознается, постоянно меняет форму своего проявления» .

Сопротивление выражается в общении с врачом в различных формах — в уклонении от обсуждения наиболее важных проблем и переживаний, в молчании, в переводе разговора на другую тему, в неясности формулировок проявлений своего заболевания, в отрицательных реакциях на те или иные методы лечения, в юморе, а иногда даже в излишней податливости и согласии с высказываниями врача без должной их переработки и т.д. Выраженность сопротивления, противодействие психотерапевтическому влиянию в процессе лечения может изменяться. Оно повышается при несовместимости установок больного и психотерапевтического стиля врача, при явном игнорировании устойчивых ожиданий пациента, преждевременной интерпретации, чрезмерных требованиях от него откровенности или активности.

Суть всей работы над сопротивлением состоит в том, чтобы помочь пациенту осмыслить и преодолеть свои неосознаваемые усилия вовлечь психотерапевта в «невротические маневры» и в конечном итоге победить и избежать его влияния. Наряду с интерпретацией полезным может быть эмпатическое вмешательство, позволяющее пациенту не только ограничивать сопротивление, но и в более оптимальных условиях осознавать его.

Таким образом,

1. Сопротивление — здоровая и неизбежная реакция клиента на изменения.

2. Сопротивление, как правило, не осознается клиентом.

3. Психолог должен уметь обнаруживать сопротивление клиента и прорабатывать его путем расширения зоны осознавания клиента.

Фрейд смог выделить пять главных типов и источников сопротивления :

(1) Сопротивление‑подавление, которое может рассматриваться как клиническое проявление потребности индивида защитить себя от импульсов, воспоминаний и ощущений, которые, в случае проникновения их в сознание, вызвали бы болезненное состояние или, по крайней мере, угрозу его появления. Этот вид сопротивления‑подавления можно также считать отражением так называемой «первичной защиты» от заболевания неврозом в той степени, в какой невротические симптомы могут рассматриваться как последняя ступень образований, имеющих целью защитить индивида от перехода в его сознание ментального содержания болезненного и угнетающего характера. Процесс свободных ассоциаций во время психоанализа создает постоянную ситуацию, потенциально опасную для пациента, в силу того, что этот процесс провоцирует к выходу подавленный ментальный материал, а это, в свою очередь, способствует сопротивлению‑подавлению. Чем ближе подавленный материал приближается к сознанию, тем больше возрастает сопротивление, и задача психоаналитика состоит в том, чтобы способствовать с помощью своих интерпретаций переходу материала в сознание в форме, переносимой для пациента (гл. 12).

(2) Сопротивление‑перенос, хотя в общем и напоминает сопротивление‑подавление, имеет специфическую особенность, состоящую в том, что оно выражает и отражает борьбу против инфантильных импульсов, которые возникли в прямой или модифицированной форме как реакция больного на личность психоаналитика (гл. 4). Аналитическая ситуация оживляет в форме искаженной реальности материал, который ранее подавлялся или подвергался какой‑то другой трансформации (например, канализировался в сам невротический симптом). Такое оживление прошлого в психоаналитических отношениях ведет к появлению сопротивления‑переноса. Здесь задача аналитика также состоит в том, чтобы своим вмешательством способствовать переводу содержания переноса в сознание в приемлемой для пациента форме. Сопротивление‑перенос включает в себя сознательное утаивание пациентом мыслей о психоаналитике, а также бессознательные трансферентные мысли, от которых его психика стремится защититься.

(3) Сопротивление может явиться результатом преимуществ, извлекаемых из болезни (вторичные преимущества). Хотя первоначально этот симптом может ощущаться как «чужеродное тело» и рассматриваться как нежелательный, в психологической организации индивида может иметь и часто имеет место процесс «ассимиляции» симптома. Типичными проявлениями таких вторичных преимуществ является польза, извлекаемая из болезни, – преимущество находиться на положении больного и быть предметом забот и жалости окружающих, а также в удовлетворении агрессивных и мстительных импульсов, возникающих по отношению к тем, кто вынужден разделять страдания больного. Вторичные преимущества могут также ощущаться больным как удовлетворение его потребности к наказанию или скрытых мазохистских тенденций. Наиболее яркие примеры преимуществ, извлекаемых из болезни, можно наблюдать у пациентов с «неврозами компенсации», а также у тех, кто стремится задержаться на положении больного из‑за преимуществ, предоставляемых в этом случае обществом, например, в тех случаях, где пособие, выплачиваемое больному, превышает зарплату, которую он способен заработать. Нежелание пациента расстаться с этими вторичными преимуществами своей болезни во время лечения и составляет эту особую форму сопротивления.

(4) Сопротивление оно (id‑сопротивление) – это сопротивление инстинктивных импульсов любым изменениям в их способе и форме выражения. На наш взгляд, данный тип сопротивления в лечебном процессе может рассматриваться как следствие более общего психологического сопротивления отказу от (сдаче) приобретенных ранее привычек и типов функционирования – сопротивление «отучиванию». Одним из аспектов понятия «проработки» был бы процесс обучения новым паттернам функционирования и способам подавлять, сдерживать старые, более устойчивые паттерны (поведенческие схемы, стереотипы). Это, по сути, процесс, который рассматривается как составляющий важную часть аналитической работы. «Сопротивление оно» также рассматривается в психоаналитических работах как «медлительность» или «залипание» либидо.

(5) Сопротивление супер‑эго или сопротивление, проистекающее из чувства вины пациента или его потребности в наказании. Фрейд считал, что «сопротивление супер‑эго» аналитику обнаружить труднее всего и труднее всего с ним справиться. Оно отражает действие «бессознательного чувства вины» (Freud, 1923) и объясняет парадоксальную, на первый взгляд, реакцию пациента на любой шаг в психоаналитической работе. Шаг, который предоставляет возможность удовлетворения того или иного импульса, против которого пациент оборонялся, побуждаемый к этому своим сознанием. Так, пациент, испытывающий острое чувство вины, скажем, из‑за желания быть самым любимым сыном и оттеснить своих братьев и сестер, может реагировать сопротивлением на любую перемену, грозящую повлечь за собой ситуацию, в которой он может преуспеть больше, чем его соперники. Или пациент, который переживает бессознательное чувство вины по поводу каких‑то сексуальных желаний, может отреагировать сильным чувством сопротивления как следствие раскрытия и освобождения этих желаний в ходе психоаналитического лечения. Примером сопротивления супер‑эго является и поведение пациента, который позволяет себе иметь мысли, вызывающие чувство вины, а затем подавляет их, в результате чего, являясь на аналитический прием, испытывает неприятное ощущение, классифицируемое, в конечном счете, как чувство вины, которое и заставило его сопротивляться аналитической работе.

Групповая работа.

Стадии развития психотерапевтической группы.

Групповая работа, групповой процесс – это особенности взаимодействия участников в группе и динамика изменения качеств самой группы.

Под динамикой группового процесса обычно понимают особенности начальной, срединной и фазы окончания, распада группы.

Особенность долгосрочных психотерапевтических групп в том, что они могут существовать неопределенно долгое время – одни участники приходят, другие уходят, но группа как целое остается жить.

Можно выделить четыре основные стадии развития группы:

1. Начальная стадия или стадия знакомства и поиска смысла, цели;

2. Стадия группового конфликта или захват позиций;

3. Установление групповых норм или развитие сплоченности и работа;

4. Завершение или распад группы.

Начальная стадия или стадия знакомства и поиска смысла, цели

Долгосрочная психотерапевтическая групповая работа характеризуется следующими особенностями. Первая – нет четкой даты окончания терапии, фактически любой участник может уйти в любой момент. Единственно, что в групповом соглашении обычно оговариваются немотивированные уходы и участников просят предупредить об уходе, как минимум, за три сессии до ухода. Вторая особенность – в долгосрочную группу набирают участников разного возраста, разного социального статуса, с разными структурами личности и с разными психологическими проблемами. По сути, разным людям нужно найти что-то своё в группе, какой-то собственный вариант терапии.

Правило Свободной Интеракции – говорить то, что приходит в голову любому из участников группы, накладывает обязательство на участников и ведущего – создать оптимальные групповые нормы. И поэтому перед участниками на начальной стадии формирования группы встают две основные задачи.

Первая задача: участникам надо определить метод выполнения основной задачи – исцеление от невротических симптомов.

Другими словами, что и как Я должен делать, чтобы достигать максимальных результатов в терапии? Это процедурная задача – как себя вести, о чем и как говорить и так далее. О том, КАК не говорит Основное Правило, но чрезвычайно важно для достижения терапевтических задач.

Вторая задача: участники должны прояснить взаимоотношения между собой – другими словами, должны создать для себя социальную нишу в группе.

Это дает не только состояние определенности «Кто Я в этой группе?», необходимое для выполнения основной задачи, но и дополнительное удовлетворение от участия в группе.

В обычных социальных группах эти две задачи четко разделяются. Мы попадаем в новый рабочий коллектив, на новую работу и нам объясняют, что и как делать, а также кто что из себя представляет. О нас окружающие тоже выносят суждение. В терапевтической группе эти обе задачи сливаются – потому что и как делать и то что я из себя представляю одновременно являются и методом, и целью психотерапевтической группы.

Эта стадия может длиться от одной до 12-15 сессий. Если в группе есть участники с опытом психологических групп, то они обычно начинают первыми откровенно говорить о себе, и это становится сигналом для остальных, что можно и нам, раз «опытные» уже начали.

На стадии знакомства пациенты делятся с группой «болячками», а окружающие сочувственно помогают советами, что и как сделать. «Вам надо обратиться туда-то и туда-то. А вот тот доктор очень хорош и стоит недорого» и т.п. Такая помощь редко несет что-то действительно полезное, но факт заботы и участия важен, так как сближает и сплачивает участников группы. За советами участников скрывается интерес к другому человеку: «Ты мне не безразличен. Ты мне интересен». И это бессознательное послание объединяет участников, помогает распознавать «друзей» и «врагов».

В более зрелых группах участники очень редко дают советы, скорее, говорят о своем отношении к болезненной теме или выражают свое мнение, свои чувства по отношению к человеку, попавшему в эту ситуацию, и это гораздо действеннее любых советов. Но уровень такого группового общения возникает не сразу. Вначале необходимо, чтобы участники «прощупали» друг друга, определились с теми ролями, которые будут играть на группе. Выяснили вопросы: что можно? А что нельзя?

Обычно если группа слишком долго застревает на «коктейльных темах», то это значит – ее развитие сильно заблокировано.

В целом, это период любого развития группы и механизмы приспособления к другим людям очень многое говорят наблюдательному психотерапевту. В дальнейшем первое впечатление от других участников и от группы анализируется участниками повторно, и часто люди делают поразительные открытия: те, кто с первого взгляда понравился, вдруг перестают нравиться или наоборот.

В процессе подготовки к группе ведущий рассказывал о разных «ужасах», сопровождающий личностный рост, а оказывается это не так уж и «ужасно», как представлялось. Кто-то после этого открытия вздыхает с облегчением, а кто-то разочаровывается – уж слишком все легко и поверхностно. Но эта стадия необходима для знакомства, а также для общего впечатления о наиболее оптимальном поведении в группе.

Стадия группового конфликта или захват позиций

Если первая стадия нам знакома по социальным ситуациям взаимодействия с малознакомыми людьми, то вторая стадия развития группы встречается менее часто, но очень важна для становления структуры взаимоотношений и групповых норм. Второй стадии присуща повышенная конфликтность как между участниками, так и между участниками и ведущим. Для долгосрочной психотерапевтической группы норма – выяснение отношений по типу, кто сильнее? «Вечеринка» закончилась, еще не наступило время для серьезной психотерапевтической работы, но время «стандартизированных» социальных отношений кончилось.

На этой стадии развития группового процесса участники начинают открыто высказывать мнение о других участниках.

Участники начинают конфронтировать манеру поведения ведущего и других участников. В целом эта стадия – сплошной конфликт. Формально конфликт может быть разным: начиная от разницы в возрасте, заканчивая регламентом выступлений. Но психологическое содержание этой стадии в том, чтобы выяснить

«Кто главный? Кто любимый ребенок ведущего? Кто наверху, а кто внизу? К кому можно прислушиваться, а к кому не надо?». В принципе – это борьба за власть, борьба за признание и одобрительную оценку окружающих.

Есть разные психологические группы, и в краткосрочных группах конфликт за власть тушится обычными социальными стереотипами: «Я ведущий и Я говорю Вам, что делать и Вы это делаете». Так поступают начальники в любом коллективе, в любой учебной и производственной группе – активно указывают кому, как и что делать. По сути, контролируют ситуацию.

Но в долгосрочной психотерапевтической группе ситуация иная – ведущий пассивен, и со стороны может показаться, что заботится только об одном – чтобы групповая работа начиналась и заканчивалась в установленное время. Тем самым он дает участникам возможность максимально проявить себя в ситуации неопределенности – кто будет ведущим, когда ведущий не борется за власть?

Но этим вызывает огромную агрессию, так как не выполняет социально привычную функцию ведущего – снижать неопределенность групповых взаимодействий. Такое необычное поведение ведущего позволяет прояснять внутренние структуры Я участников и выходить на ограничивающие убеждения и неадекватные стереотипы приспособления к неопределенности.

Например, один молодой человек, обратившийся на психотерапию с основной проблемой «Мне попадаются начальники, которые все время на меня давят и поэтому я постоянно меняю место работы», сказал ведущему во время очередной склоки участников из-за количества времени на каждого: «Вы что изображаете часы с кукушкой? Вы только и говорите: на сегодня время закончилось. Пора остановиться. А что-то еще Вы можете делать или будете так сидеть?». В дальнейшем этот эпизод получил развитие, он постоянно хотел, чтобы ведущий его контролировал, но в то же время «бунтовал» против каждого контролирующего действия.

В целом, возникновение враждебности к пассивному ведущему является неотъемлемой частью истории любой долгосрочной группы.

Как бы ведущий не объяснял особенности групповой работы, что это опыт самораскрытия и приобретения собственного опыта методом «проб и ошибок», что группа – это самостоятельная работа над собой в ситуации, максимально открытой коммуникации, все равно любой пациент обычно надеется, что «именно ему» ведущий будет уделять максимум внимания, что «именно про него» ведущий больше всех думает. В сущности каждый из нас верит в то, что Дед Мороз существует или, по крайней мере, есть люди (такие, как психотерапевт), которые «все знают и могут». И в какой-то мере злость и враждебность к ведущему заключаются в осознании истины, что ведущий тоже человек со слабостями и недостатками. Что ведущий неидеален и не собирается выделять кого-то из участников группы «особым» вниманием. Ведущий не встает на чью-либо сторону, не говорит: «Ты прав, а ты нет».

Ведущий просто защищает Основное Правило – говорить то, что приходит в голову. И в этой ситуации все правы, кроме тех, кто грубо нарушает групповое соглашение. Например, можно говорить все, что приходит в голову, но активно действовать, «давать волю» рукам нельзя.

Это довольно неприятная стадия групповой работы и для участников, и для ведущего, потому что вот вроде бы и рассказали свои истории, вот и потешили друг друга анекдотами, а когда же начнется работа и если она «не началась», то кто виноват? Ведущий!

Есть такой групповой феномен – внутригрупповая консолидация при наличии внешнего врага. Группа создает «козла отпущения», чтобы не чувствовать собственное бессилие и ярость оттого, что «ничего не происходит». И главная задача ведущего – перевести огонь на себя, и если он этого не сделает, то группа найдет «козла отпущения» среди участников или он слишком разговорчивый, или, наоборот, молчаливый. Это неважно. Главное, что «он не такой, как МЫ». Наверное, это и есть одна из главных функций ведущего – переводить агрессию группы в свой адрес и спокойно с ней разбираться. Ведь на самом деле: кто виноват? Ведущий!

Есть успокаивающее психотерапевта явление во время этого массового бунта и мятежа. В своих нападках на терапевта участники никогда не бывают единодушными. Кто-то обязательно «за», кто-то «против», но группа делится на подгруппы и конфликтуют уже не отдельные участники между собой, а убеждения подгрупп.

В каждой подгруппе есть сторонники и противники терапевта. И выяснение отношений между подгруппами косвенно выявляет и корректирует внутриличностные конфликты участников.

Общее наблюдение за самыми яростными «борцами» с терапевтом и групповыми правилами – это люди с наибольшими проблемами в области зависимости – независимости. Часто характер их проблем и манера проявления внутренних конфликтов в ситуации групповой неопределенности говорят о том, что они не могут найти «золотую середину» между управлением и подчинением. Такие пациенты то начинают чересчур демонстративно подчиняться и превозносить ведущего, то начинают чересчур подозрительно относиться к любым попыткам контролировать их поведение.

Другая категория участников – защитники терапевта.

Возможно, им надо помочь разобраться, почему важно видеть ведущего «на белом коне»? Может оказаться, что они слишком идеализируют образ ведущего и сопротивляются рассмотрению и анализу любых его недостатков. Кто-то воспринимает ведущего как «слишком хрупкую личность» и его надо защищать, чтобы не «сломали».

В принципе, вторая стадия развития группы характеризуется переходом от «стандартных общесоциальных» отношений к более интенсивному и глубокому личностному взаимодействию. Это уровень критических обстоятельств. В какой-то мере борьба за власть, за пересмотр групповых норм никогда не затухает.

Установление групповых норм или развитие сплоченности и работа

После преодоления формальных отношений первой и разъединяющих конфликтов второй стадии группа переходит на уровень стандартных психотерапевтических отношений. Этот уровень характеризуется возросшими теплотой в отношениях, уровнем самораскрытия и взаимного доверия. Группа впервые подходит к интимному уровню общения. В принципе зрелая группа дрейфует между уровнем устойчиво хороших стандартных отношений к уровню критических обстоятельств, к интимности и обратно.

Лишь в моменты появления новых участников группа несколько регрессирует к формальным отношениям, поддержанию контакта, групповому конфликту и опять к уровню стандартных отношений. Но самое интересно, что с каждым новым участником процесс регрессии и прогрессии у зрелых членов группы протекает все более быстро. Зрелые члены группы гораздо лучше понимают новых участников, чем понимали друг друга в стадии группового конфликта.

Огромное достижение этой стадии в том, что каждый член группы переживает восхитительное чувство единства со всей группой и с отдельными участниками в особенности. Как сказала одна пациентка: «Вы все такие родные! Скучаю, когда долго Вас не вижу».

Участники с нетерпением ждут групповых собраний, и встречи проходят под знаком все большего и большего самораскрытия и раскрепощения. Опозданий и пропусков почти нет. Понятна групповая цель: «Вот мы наконец и достигли горизонта! Ведущий – такой милый и знающий! И остальные члены как на подбор, у каждого свои достоинства».

Опасность этой стадии: группа стремится сохранить теплые, интимные отношения, и никто никого не хочет обидеть резким словом или противоположным мнением. Но через некоторое время противоречия накапливаются, но общее стремление к гармонии выражается в игнорировании, подавлении, замалчивании недовольства поведением других. И вот спонтанно достигнутая интимность, чувство единения превращаются в ритуал. Улыбки становятся натянутыми, и то, что вчера радовало, перестает приносить удовольствие и облегчение.

Чтобы групповая работа не превратилась в надоевший и неразвивающий участников ритуал, необходима свобода для проявления спонтанных эмоций. Только в случае открытого столкновения аффекты участников начинают прорабатываться, а не уходить вглубь. Только когда участники достигают свободного дрейфа от интимности к конфликту, без потери объединяющего единства, только тогда группа вступает в пору зрелости и начинается глубокая проработка характерологических свойств личности каждого участника.

По сути, это состояние свободы и принятия как негативных, так и позитивных эмоций, эта открытость как к критике, так и к комплиментам характеризует зрелую группу. И такое состояние сохраняется вплоть до распада группы как единого организма. Или в долгосрочной группе – до «нормальной» терминации участника. А это происходит, когда человек чувствует, что группа дала все, что хотел взять, и проблемы, побудившие обратиться к психотерапевту, успешно разрешены.

Завершение или распад группы

Ну, а правда, как узнать что психоанализ надо заканчивать? И когда он заканчивается?

Я уже писал, что в сущности есть два взгляда на психологические проблемы. Один можно условно назвать статическим – жизнь человека воспринимается как некая завершенная целостность, как неживая, не развивающаяся машина. И с этой точки зрения проблемы, болезни – это поломки аппарата и их надо устранить, и тогда все будет хорошо.

Динамический взгляд на жизнь человека предполагает, что проблемы – это страдания, вызываемые задержкой личностного роста, развития. И излечение происходит с устранением препятствия к ближайшей цели развития. Но такой взгляд предполагает, что у развития не может быть какой-либо конечной, статической формы, а это значит, что психотерапия не может раз и навсегда разрешить все настоящие и будущие проблемы развития человека.

В результате успешной психотерапии, продуктивного анализа никогда не бывает на выходе Совершенного Всемогущего Существа (а интересно, где-нибудь бывает?). То, что достигают пациенты аналитика в результате интенсивной работы над собственной жизнью, – это переход на следующую ступень развития.

Если смотреть на длительность психотерапии формально, глазами статистики, то в Англии, где государственная страховка психотерапии, пациент в среднем ходит на психоаналитическую группу восемь сессий в месяц в течение двух лет. А в США, где пациенты оплачивают долгосрочную психотерапию из собственного кармана, – 18 месяцев.

В целом, в долгосрочной группе пациенты занимаются от одного года до пяти лет. При этом от 30% до 60% уходят в течение 12-20 первых сессий. Это тяжело – постигать себя и свою жизнь. Кстати, примерно такие же данные и по долгосрочным группам изучения иностранного языка. Кто-то уходит почти сразу, а кто-то достигает приличных высот владения языком как родным. Так же, как и по спортивным группам и другим группам, где есть принцип добровольности.

Групповая работа в рамках психоанализа – это процесс ускоренной эволюции. А результат – переход на следующую ступень развития.

С Уважением groupanalysis.kz

Стадии групповой психотерапии

1. Первая стадия: ориентация и зависимость

На первых сеансах участники ищут рациональные основания для терапии; не вполне понимают, какое отношение имеет деятельность группы к их личным терапевтическим целям. Вместе с тем участники примеряются друг к другу и к группе в целом. Каждый ищет для себя такую роль, которая обеспечит ему благополучное существование в группе, и задается вопросом: будут его любить и уважать или игнорировать и отвергать? Хотя официально участники считают: «Терапевтическая группа нужна мне, чтобы лечиться», но они тратят много сил, добиваясь одобрения, принятия, уважения или доминирования. Некоторым людям принятие и одобрение кажутся настолько маловероятными, что они, защищаясь, убеждают себя в малоценности группы и могут покинуть ее после первого же сеанса, принижают душевные и умственные достоинства ее участников и напоминают себе, что группа представляет собой оторванное от реальности, искусственное образование. Люди спрашивают себя: что повлечет за собой участие в группе, какую долю себя надо открывать или отдавать, какого рода обязательство придется на себя брать? На сознательном или почти сознательном уровне они ищут ответы на эти и подобные вопросы.

Психотерапевтическая группа с самого начала зависима от «лидера». Скрыто и явно участники смотрят на ведущего, ждут от него распоряжений, ответов на вопросы, а также одобрения и принятия. Комментарии ведущего тщательно исследуются на предмет указаний по поводу желательного и нежелательного поведения. Участники ведут себя так, будто спасение придет только или главным образом от ведущего.

Типичная характеристика молодой группы – предоставление и поиски советов: люди делятся в группе проблемами в отношениях с супругами, детьми, работодателями и т. д., а группа пытается помочь им в практическом разрешении этих проблем. Подобная помощь редко несет в себе что-то функционально ценное. Скорее она выступает как способ выражения взаимного интереса и заботы.

2. Вторая стадия: конфликты и протест

На второй стадии интересы участников смещаются к доминированию, контролю и власти. На этой фазе отношениям между участниками или между участниками и ведущим присуща конфликтность. Каждый старается прийти к такому уровню инициативы и власти, который является для него предпочитаемым. Чаще звучат негативные комментарии и взаимная критика участников. На этой стадии также часты попытки ухода из группы.

В этой стадии возникает враждебность по отношению к терапевту. Эта враждебность уходит своими корнями в нереалистические ожидания пациентов: каждый тайно наделяет терапевта воистину магическими свойствами. Постепенно, по мере осознания людьми ограничений, которые есть у терапевта, как у любого человеческого существа, реальность принимается такой, какая она есть, и враждебность к ведущему исчезает. Этот процесс не является вполне осознанным: на уровне сознания участники могут ратовать за демократическую группу, черпающую силу из своих собственных ресурсов, на бессознательном уровне (на более глубинном) жаждать зависимости. Ведущие групп отказываются играть традиционную роль представителей авторитета: они не ведут за собой, не отвечают на вопросы и не дают готовых ответов и решений; вместо этого они поощряют группу к исследованию и использованию своих собственных ресурсов. Обычно только после нескольких сеансов участники приходят к осознанию того, что терапевт не удовлетворит их потребность в сильном лидере.

Еще одну причину негодования по отношению к ведущему можно увидеть в постепенном осознании каждым участником того, что он не станет «любимым чадом» ведущего, что терапевт интересуется им не более, чем всеми остальными; сеются семена соперничества и враждебных чувств по отношению к другим участникам. Каждый смутно ощущает какое-то неясное предательство со стороны терапевта.

3. Третья стадия: развитие сплоченности

В этой стадии снижается напряжение, возрастает сплоченность, потребность в чувстве своей принадлежности к группе. Возникают общие нормы и ценности. Теряет свое значение проблема авторитета и лидера, повышается ответственность и активность членов группы, способность к групповой деятельности и совместной работе.

Центральной темой является разговор о себе с открытым выражением чувств. Психотерапевтическая группа вселяет в индивида чувство безопасности, предоставляет защиту, чтобы он смог открыться.

Хотя в этой фазе участники чувствуют себя более раскрепощенными и легче раскрываются, тем не менее, возникают ограничения коммуникации иного качества: часто группа подавляет всякое выражение негативного аффекта, опасаясь, что он повредит сплоченности. В каком-то смысле участники объединяются против всего остального мира. Они поддерживают друг друга, гордятся своей группой, а если у кого-то из участников обнаруживаются противники во внешнем мире, вся группа горячо осуждает их. Тем не менее, необходима самостоятельность и конфликт. И только тогда группа превращается в зрелую рабочую группу – состояние, длящееся всю оставшуюся жизнь группы, с периодической регрессией к предшествующим фазам.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *