Концепции циклического развития

Концепции циклического развития — файл n1.doc

Концепции циклического развития
(168.5 kb.)
Доступные файлы (1):

n1.doc 169kb. 27.01.2014 06:43

n1.doc

1 2 3
КОНЦЕПЦИИ ЦИКЛИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ
Реферат
по дисциплине «Философия»
Введение ………………………………………………………………………………… 3

  1. Понятие теории цикличности и ее значение ………………………………………. 4
  2. Теория Джамбаттиста Вико…………………………………………………………. 5
  3. Теория Освальда Шпенглера ……………………………………………………….. 6
    1. Шпенглер: три души истории ……………………………………………….. 6
    2. Аполлонистическая и фаустовская душа …………………………………… 7
    3. Магическая душа ……………………………………………………………… 8
    4. Закат Европы ………………………………………………………………….. 9
  4. Тойнби: мировые цивилизации ……………………………………………………. 11
    1. Вызов и ответ ………………………………………………………………… 11
    2. Исторические циклы ………………………………………………………… 12
  5. Мировые культуры Питирима Сорокина …………………………………………. 14
    1. Теория Питирима Сорокина ………………………………………………… 14
    2. Главная проблема нашего времени ………………………………………… 15

6. Заключение …………………………………………………………………………… 17
7. Список литературы …………………………………………………………………. 18
Приложение
Введение
Человек изначально обладал любознательностью, он испытывает духовную потребность в том, чтобы иметь целостное представление о мире, он не может согласиться ждать удовлетворения этой потребности до тех пор, пока будущая наука даст достаточный материал для этой цели.
И в XXI веке, как и во все времена жизни человека, у человечества стоят вопросы о смысле жизни, познаваемости мира, роли и месте в нем человека. Само желание понять суть загадочного, неведомого являло собой склонность к загадочному философскому размышлению.
Кроме этого нас интересует, как же разделить время в истории человечества на отдельные периоды, ведь проходят годы, столетия, государства и империи рождаются и распадаются, сменяются культуры, одни народы сходят с исторической арены, их сменяют другие, наращивается богатство человечества.
И именно философия состоит в способности давать нам систему знания о мире в целом, объединять данные наук, практик. Основные усилия осознавшей себя философской мысли, начиная с Сократа, направляются к тому, чтобы найти высшее начало и смысл бытия.
Размышляя по этому поводу, философы привели различные теории цикличности, так как в основе истории лежит принцип повторения, круговорота общественных процессов. Философы, изучающие вопрос цикличности истории искали объективные критерии, пытались вскрыть внутреннюю логику общественного развития, исследовав большое количество стран, народов, цивилизаций, пытались проследить судьбу любой культуры, связь социальных событий, пытались выявить закономерности развития и упадка культуры, смены династий и т. д.
Возникнув в глубокой древности, такие представления, первоначально в мифологической и религиозной форме, пытались внести определенный порядок и смысл в историю. Теории цикличности имели также определенное познавательное значение. Они позволили упорядочить хронологию, провести интересные параллели между историей разных народов и эпох. Тем самым теории цикличности способствовали становлению сравнительно-исторического метода в обществоведении.

Цель моего реферата состоит в изучении вопроса периодизации истории, рассмотрение концепций циклического развития, каждого подхода в решении вопроса о периодизации мира.
1. Концепции циклического развития

    1. Понятие теории цикличности и ее значение

Философия истории интересуется направленностью исторического процесса.
Теории цикличности – социально-философские концепции, кладущие в основу периодизации истории принцип повторения, круговорота общественных процессов. Возникнув в глубокой древности, такие представления, первоначально в мифологической и религиозной форме, пытались внести определенный порядок и смысл в историю. Эти взгляды имели известное практическое значение, в то же время они, как правило, выражались в установлении космических и божественных периодов, длящихся сотни и даже тысячи лет, сочетались с мистическим учением о переселении душ, многократном сотворении и гибели мира и тому подобное.
Теории цикличности имели также определенное познавательное значение. Они позволили упорядочить хронологию, провести интересные параллели между историей разных народов и эпох. Тем самым теории цикличности способствовали становлению сравнительно-исторического метода в обществоведении. Идеи круговорота получили широкое распространение в Древнем Китае, Древнем Египте, Вавилоне, а также у античных философов и историков, что было связанное с крайне медленным поступательным развитием общества.
Древние греки воспринимали мир как завершенный Космос с его гармонией и цикличностью. Везде они видели круговорот, касалось ли это Космоса или жизни человека. Античную концепцию истории в лаконичнейшей поэтической форме выразил Софокл:
Нынче горе, завтра счастье –
Как медведицы небесной
Круговой извечный ход.
(«Трахинянки»)
Круговое движение – это геометрический образ вечности (кольцо не имеет ни начала, ни конца) и времени (человек всегда находиться «где-то», в данном «теперь»). Согласно крупнейшим античным философам, во взаимоотношениях вечности и времени приоритет принадлежит вечности. Время, по Платону, есть образ вечности. Античная философия истории – это философия вечного становления, вечного возвращения, периодических мировых пожаров (Гераклит), душепереселения и душевоплощения (Платон).
Вклад в разработку теорий цикличности внес арабский мыслитель 14-15 веков Ибн Хальдун, выделивший во всемирной истории четыре эпохи, связанные с деятельностью различных народов. В каждой из этих эпох он пытался выявить закономерности развития и упадка культуры, смены династий и т.п.
Особую популярность приобрели теории цикличности в 17-18 веках в западноевропейском общественном мышлении, многие представители которых воспринимали экономический и культурный подъем той эпохи как возрождение античности после средневекового упадка. Теории цикличности имели прогрессивное значение, ибо противопоставили естественный порядок и определенную закономерность в истории различным теологическим, провинциальным концепциям, а также изображению истории как сферы господства случайности и произвола великих людей. Наиболее видным представителем теорий цикличности того времени – Дж. Вико. Взгляды Ибн Хальдуна и Вико оказали влияние последствия развития философии истории. Представления о цикличном характере общественного развития разделились многими социалистами-утопистами, в частности Ш. Фурье, разработавшим концепцию о четырех фазах человеческой истории («райская» первобытность, дикость, варварство и цивилизация). После открытия материалистического понимания истории теории цикличности приобретают все более реакционный характер. Идея исторического круговорота противопоставляется идее общественного прогресса. Сторонники теорий цикличности отрицают поступательный характер всемирной истории (Э. Мейер), изображают ее как разорванные во времени и пространстве циклы развития и упадка локальных цивилизаций, не связанных друг с другом (Н. Данилевский, О. Шпенглер, А.Д. Тойнби).
Теории цикличности получили широкое распространение на Западе, особенно после Первой Мировой войны 1914-1918 годов. Некоторые буржуазные философы и социологи, будучи не в состоянии разрешить противоречия между циклическим и линейным развитием пытаются электрически сочетать их в своих концепциях. Историческая обреченность капитализма воспринимается буржуазными исследователями как гибель «христианской цивилизации запада» со всеми ее культурными и технологическими достижениями.
Марксизм-ленинизм противопоставляет всем научным концепциям общественного развития, в том числе теориям цикличности.

    1. Теория Джамбаттиста Вико

Одна из первых попыток создать теоретически обоснованную периодизацию человеческой истории была предпринята выдающимся итальянским социальным мыслителем Джамбаттистой Вико (1668 – 1744). Он искал в истории объективный критерий, пытался вскрыть внутреннюю логику общественного развития. Он отвергал идею фатализма в истории, пытался вскрыть внутреннюю логику общественного развития, связь социальных событий. Подобно тому, как существует логика идей, существует и логика вещей в социальной реальности. В своем сочинении «Основания новой науки об общей природе наций» Вико пришел к такому выводу: народы развиваются от самих себя, по законам присущим природе людей.
В этом развитии они проходят три эпохи – божественную, героическую и человеческую. Вико не индивидуализировал древних людей. Он показал, что века блаженства никогда не было. Сначала историей заправляли Боги, затем – во вторую эпоху – на исторической арене появились герои. Они вступили в борьбу с гигантами-богами. В результате этой борьбы возникли первые государства, сложились языки и культура.
Однако это был лишь первый этап уже небожественной стадии. Согласно концепции Вико, история развивается через революции. Власть находится в руках аристократов, которые распоряжаются ею по собственному усмотрению, что не устраивает плебс. Он восстает против их господства. И тогда начинается «век человеческий». По мнению Вико, это уже было начало упадка и возврата к первобытному состоянию.
Философ полагал, что общество разлагается, его ожидают целые века культурного упадка. В конце концов, возродится божественный век. Люди перестают воевать, и воцарится благоденствие. И циклы начинаются снова.
Смена народов происходит в результате переворотов, острой борьбы: в патриархальном обществе – между отцами семей и домочадцами, а позднее – между феодалами и простыми людом. Государство возникло с целью обуздания отцами борющихся против домочадцев – слуг. Вико придал решающее значение деятельности людей в осуществлении исторического процесса. Однако сами исторические законы Вико нередко характеризовал и как проведение, то есть данное Богом: он утверждал, что история есть продукт высшего разума, иногда противоположного по отношению к частным целям, которые преследуют отдельные личности.
Концепция Вико – одна из теорий циклического развития концепции. Он полагал, что все народы, подчиняясь всеобщему закону, должны пройти по одному и тому же пути развития.

Однако сами исторические законы Вико нередко характеризовал как данные Богом: история есть продукт высшего разума, иногда противоположного по отношению к частным целям, которые преследуют отдельные личности.
Цикл, согласно представлениям сторонников циклической концепции, есть совокупность явлений, процессов, составляющих круговорот в течение известного промежутка времени, выражение идеи повторяемости, возвращаемости событий.

    1. Теория Освальда Шпенглера

Шпенглер Освальд (1880-1936) – немецкий социальный философ. Своим успехом он многим обязан проникновению в философии. А. Шопенгауэра. Следуя ему, он не оценивал всемирную историю как планомерный процесс в духе Галилея, а считал, что прогресс, цель и человечество существует лишь в головах поклоняющихся прогрессу обывателей. Во время Первой Мировой войны Шпенглер выпустил свой знаменитый труд «Закат Европы» — бесспорное свидетельство его творческого дара. Эта книга содержит своего рода биологическую философию истории.

      1. Шпенглер: три души истории

Шпенглер – один из первых мыслителей, предложивших совершенно новую схему интерпретацию истории. С его точки зрения, никакой единой истории человечества нет, линейная схема Древний мир – Средние века – Новое и Новейшее время не выдерживает критики. Если взять, например, Древний Рим, то там были и Средние века и Новое время, был свой феодализм и свой капитализм. Это типичный Нью-Йорк XX века, только со своим национальным колоритом и уровнем развития техники.
Нет единой истории, но есть целый ряд замкнутых в себе культур. Каждая из них возникает, развивается, стареет и умирает. И между нет никакой преемственности. Что осталось от Древнего Египта? Одни руины. И народа, который создал великую культуру уже нет, он давно исчез, как исчез дух этого народа. Тот, кто сейчас живет там, пришли туда и не имеют никакого отношения к тому народу. Шпенглер насчитал восемь таких культур, достигших своего завершения: е6гипетская, индийская, вавилонская, китайская, греко-римская (аполлонческая), византийско-арабская (магическая), западноевропейская (фаустовская) и культура майя в Америке. Русская культура находится еще в стадии возникновения.
Каждая культура – это организм, имеющий свой срок жизни – примерно тысячу лет. Каждая культура имеет свою душу, которая определяет отношение к миру, к прошлому, к смерти, к месту человека во Вселенной.
1.3.2.Аполлонистическая и фаустовская душа
Аполлонистическая душа – это душа античного времени. Для древнего грека и мир, и он сам, и боги, и даже атомы – это все тела. Человек – это прекрасное тело. В этом теле все снаружи: красота, мощь, ум. Ничего нет потаенного, внутреннего. Греки не знали никакой психологии в нашем смысле. Основная наука античности – это Евклидова геометрия.
Древние греки жили целиком в настоящем, то, что прошло, для них уже не существовало. Мы не знаем точных дат рождения и смерти очень многих великих людей античности. Греки не стремились к точным датам. Иногда говорили про человека: он родился между пятой и шестой олимпиадами.
У греков и архитектура телесна: внутренность храма легко обозрима одним взглядом. Храм – это просто гигантский ларец для статуй богов, для храмовых сокровищ. Молящийся грек стоял не в храме, а перед храмом, и храм приветствовал его во всем совершенстве своего внешнего вида. Для античного человека подлинная жизнь совершалась не за стенами зданий и не в собственной душе, а на просторе площадей.
С крушением античного мира и появлением христианства умирает античная, аполлонистическая душа и появляется фаустовская душа, душа западноевропейской культуры, западного человека, душа, названная так по имени доктора Фауста, героя одноименной поэмы Гете.
Если для грека тело было главным элементом всего окружающего, то для западного человека таким элементом стало пространство – чистое беспредельное пространство.
Уже первым образцом нового понимания мира, выраженным в искусстве, была икона. Вместо скульптуры, вместо античной пластики появляется иконописный лик – не объемное тело, которое можно ощупывать и разглядывать с разных сторон, но лицо, с которым смотрящий встречается глазами и вступает в молчаливый разговор.
У фаустовского человека появляется богатая внутренняя жизнь: он постоянно мучается внутренними противоречиями, постоянно себя наблюдает. Переход от аполлонистической души к фаустовсской – это переход из пространства внешнего мира в пространство внутреннее.
Но и высшее пространство западного человека – это не площадь города и не сам маленький город-полис, это – бесконечные просторы мира, распахнувшиеся перед человеком. Это и бесконечное прошлое. У западного человека обостренное чувство истории, у него развита культура мемуаров, воспоминаний о прошлом и ожиданий в будущем. У греков даже кладбищ в нашем понимании не было, и они весьма спокойно относились к своим предкам.
Течение гомеровского стиха, писал Шпенглер, — это легкое дрожание листа под полуденным солнцем, это ритм материи. А западная поэзия – начиная со скандинавских саг и кончая современными экспрессионистами – создает скрытое напряжение в пустом, безграничном пространстве, далекие грозы в ночи над высочайшими вершинами. В ней чувствуется бесконечное одиночество как отчество фаустовской души.
У Аполлона и Афины нет «души». Над Олимпом царит вечный свет ясного южного дня. Аполлонский час – это самый полдень, когда засыпает великий Пан. А Валгалла (скандинавская и древнегерманская потусторонняя сказочная страна, куда попадают герои после смерти) лишена света. Уже здесь предчувствуется та глубокая полночь, которая окружает погруженного в размышления в своем кабинете Фауста, которая наполняет картины Рембрандта, в которой требуются звуковые краски Бетховена.
Только у европейцев появляется чувство покинутости. Античный человек — политическое животное, по выражению Аристотеля, чья жизнь достигала своей высшей точки в древнее время, среди общества, на площади, — никогда не знал этого чувства. А европейский человек никогда не мог от него освободиться. В этом отличие Сократа от Руссо. Светотень Рембрандта, означающая это одиночество, безграничную потерянность души среди мирового пространства, имела своих первых предвозвестников в коричневых и серых тонах северного мира богов.

Как можно, по Шпенглеру, говорить о какой-то единой истории, каком одновременном движении человечества к единой цели, если никакого единого человечества нет, есть совершенно разные культуры, совершенно разные восприятия мира. Греки жили в другом мире, не похожем на наш европейский, и их мир давно уже исчез. Мы можем только приблизительно и искусственно восстановить его, но по сути своей он всегда останется для нас загадкой.
1.3.3. Магическая душа
В византийско-арабской культуре, в отличие от фаустовского чистого пространства и античного тела, главным элементом является пещера, пространство пещеры. Это особое магическое, «заколдованное» пространство. Здесь в этом странном и замкнутом мире, построенном магической душой, постоянно идет борьба света и тьмы, добра и зла, Бога и сатаны.
Эта душа наиболее ярко проявилась в эпоху возникновения христианства. Мир магического человека наполнен настроением сказки. Дьявол и злые духи угрожают человеку, ангелы и феи защищают его. Существуют амулеты и талисманы, таинственные города, постройки и существа, тайные сочетания букв, печать Соломона и Камень Мудрости. И на все это изливается мерцающий свет пещеры, который постоянно может быть поглощен ночью.
Тот, кого это богатство образов покажется причудливым, должен подумать, считал Шпенглер, что в таком мире жил Иисус Христос, и его учение должно быть понято лишь отсюда.
Уже в первых книгах Библии, в книге Еноха перед нами предстают хрустальный дворец Бога, горы из драгоценных камней и темница для непокорных звезд. Потом эта эпоха великих фантастических видений прошла, из них возникла поэзия легенд и многочисленных религиозные романы. Подобное восприятие недостижимо для фаустовского человека, который хотя и хотел бы быть истинным христианином, но с грустью должен признать, что тот сказочный мир пещеры, в котором возникло ранее христианство, может быть понят и пережит только набожным мусульманином.
Но только мировое пространство магической души, но и мировое время, по Шпенглеру, имеет форму пещеры. Из этого вытекает глубокая, истинно магическая убежденность, что «всему свое время» — от путешествия Искупителя, час которого записан в древних текстах, до самых пустяковых будничных дел. Перед лицом этой убежденности кажется бессмысленной и непонятной постоянная спешка западного человека, которому всегда не хватает времени.
У магического человека все записано в звездной книге, и по ходу планет можно заключить о ходе вещей. Античный человек спрашивал у оракула об отклике, о «как?» грядущих вещей. А вечный вопрос магического человека – «когда?». Отсюда и учение о конце мира, и душевная жизнь Иисуса, и его страх в Гефсиманском саду, и великое потрясение, вызванное его кончиной. Чувство пещеры требует обозримой истории с началом и концом мира, которое одновременно суть начало и конец человечества.
Очень многое из современной христианской религиозности, из религиозного понимания мира выросло из этих прекрасных и пугающих сказок магического человека. Магическая душа создала свою особенную и неповторимую культуру, которая в большей совей части для нас загадочна и непонятна.

3. Циклическая концепция развития цивилизаций

Образ цикла в качестве мировоззренческого ориентира сформировался, очевидно, на доступных всем и простых наблюдениях: жизненно-биологическая размеренность земного пути человека, лунные фазы, морские приливы и отливы, смена времен года Поэтому цикличность, цикл — обязательный элемент мифов об умирающих и воскресающих богах, катастрофах и обновлениях мира Такие мифы есть у разных народов и культур. Так, в мифах о греческом Адонисе, шумерской Инанне, египетском Осирисе мы видим череду уходов и возвращений, смертей и рождении. Индийское учение повествует о четырех югах (уида — эпоха, эра, период времени, поколение), образующих вместе махаюгу — одну большую югу.

Первые описания циклического взаимопревращения основных элементов или стихий мира встречаем у Гераклита, который называл трансформацию в направлении «земля — вода — воздух — огонь» «путем вверх», трансформацию в обратном направлении — «путем вниз». В понимании Эмпедокла все вещи состоят из четырех стихий, начал или корней: огня, воздуха, воды и земли. Движение этих начал определяется действием двух противоположных сил — Любви и Ненависти, доминирующих попеременно. П.К.Гречко в работе «Кон-дептуальные модели истории», вышедшей по программе «Обновлс-•ше гуманитарного образования в России» (1995), сравнивает про-лсходящес с движением маятника: любовь — ненависть и т.д., ad infinitum. Качнется в одну сторону Маятник Мира — начинаются восстановительные, соединительные процессы в универсуме, схождение «в один мирострой», в Одно; качнется в другую — распадается, разделяется прочное Одно. А четыре стихии остаются неизменными, «непрерывно и вечно тождественными» себе. Как бы про-оегая друг сквозь друга, они становятся тем или иным.

Следуя Гераклиту, стоики довели «циклизм» до логического завершения: в космосе время от времени (через каждые 18 000 или 10 800 лет) происходит ekpyrosis — всеобщее воспламенение, или «мировой пожар», за которым следует «период влаги», благодаря чему сохраняются «логосы» — семена всего существующего. Новый космос, в точности похожий на сгоревший, и вырастает из этих семян .

Аристотель в «Метафизике» подчеркивает, что «каждое искусство и каждое учение изобретались неоднократно и в меру возможности и снова погибали» . В «Политике» он эту же мысль продолжает, что «чуть ли не все уже давным-давно продумано» . Классификация основных видов государственного устройства Аристотелем строится на основе цикличности: монархия, или царская власть, соседствующая с аристократией, — полития — олигархия — тирания — демократия.

Древнегреческий историк Полибий в своей «Всеобщей истории» платоновско-аристотельскую концепцию довел до полной циклической определенности. Он считает, что 6 форм правления круговра-цагелыю сменяют в истории друг друга. После очередного катаклиз-vta (потопа, чумы и т.п.) уцелевшие люди собираются и покоряются наиболее сильным и отважным из своей среды — вождям: это власть силы. Разум сменяет силу, и монархия преобразуется в царство, переходящее в свою более извращенную форму — тиранию, на развалинах которой вырастает аристократия. Аристократия (по закону природы) вырождается в олигархию. Восстание против олигархии ведет к утверждению демократии, которая деградирует с течением времени в охлократию. Каждая форма проявления несет в себе собственную погибель. Круг замыкается на охлократии, чтобы снова начать «кругооборот государственного общежития» .

Мыслитель XVIII в. Джамбаттиста Вико продолжил изучение циклической концепции в философии, заключив свои суждения в формулу: «можно знать с определенностью лишь то, что сделано». Согласованность, порядок всех вещей и дел человеческих определен Божественным Провидением, той Вечной Идеальной Историей, которая в нем заключена. Согласно этой модели протекают во времени истории всех наций в их возникновении, движении вперед, упадке.

Согласно Вечной Идеальной Истории, все нации, все народы проходят в своем развитии три эпохи: «Век Богов» — «когда языческие люди думали, что живут под божественным управлением через оракулов»; «Век Героев» — время аристократической республики, когда герои противопоставляют себя плебеям; «Век Людей» — все признают, что они равны по человеческой природе. Каждая эпоха имеет свой язык: «Век Богов» — священный, тайный — иероглифический; «Век Героев» имеет символический язык: гербы, метафоры, сравнения; «Век Людей» — народный язык, язык повседневных забот и нужд простых людей. По мнению Вико, каждый цикл из трех эпох рано или поздно завершается кризисом всей общественной системы. Переход от одной эпохи к другой — через общественный переворот. И отменить этот порядок, обойти его не дано людям. К такому выводу приходит Джамбаттиста Вико в работе «Основания новой науки об общей природе наций» .

Проблемы культурно-исторической цикличности и анализ типов цивилизаций нашли свое продолжение у оригинального русского мыслителя. Николай Яковлевич Данилевский (1822—1885), чье имя упоминается первым в ряду таких мыслителей, как О.Шпен-глер, А.Тойнби, Ф.Нортроп, А.Шубарт, П.А.Сорокин, считается основоположником «пространственно-временной локализации явлений культуры». Именно так был оценен в 1964 г. вклад Н.Я.Данилевского Международным обществом сравнительного изучения цивилизаций

В книге «Россия и Европа» Данилевский через анализ проблем во взаимоотношениях России и Европы развивает свою теорию структуры и динамики «культурно-исторических типов». Он писал, что Европа (Запад) относится к России враждебно, видя в России и славянстве не только чуждую, но и враждебную силу. Эта враждебность сохраняется, несмотря на большие жертвы и услуги, которые Россия оказывает Европе. Так, Россия никогда не нападала на Европу, Европа — неоднократно вторгалась в Россию, вынуждая ее защищаться и изгонять агрессора. «Причина гораздо глубже. Она лежит в неизведанных глубинах тех племенных симпатий и антипатий, которые составляют как бы исторический инстинкт народов, ведущий их (помимо, хотя и не против их воли и сознания) к неведомой для них цели…», — таков вывод философа .

Реальную же причину возникновения враждебности Данилевский видит в том, что Россия и Европа принадлежат к различным историко-культурным типам: Европа есть поприще романо-герман-ской цивилизации. Это одна из нескольких великих цивилизаций в человеческой истории.

Вместе с тем, по мнению Данилевского, отождествление европейской цивилизации со всемирной основано на ошибочной точке зрения, благодаря которой лишь одна цивилизация рассматривается как прогрессивная и созидательная в противовес остальным, статичным и не созидательным. Сомнительным считал Данилевский и разделение истории на древнюю, средневековую и новую.

Рим, Греция, Индия, Египет и другие культуры имели свой древний, средневековый и современный периоды. Да и само падение Римской империи в 476 г. н.э., ознаменовавшее конец древней истории и начало средневековья, имело значение для Европы, но не для Китая, Индии и остальной части человечества. Следовательно, существует множество цивилизаций, которые все вместе выражают бесконечно богатый опыт человечества. Каждая из цивилизаций возникает, развивает свои собственные ценности и формы, а затем погибает вместе с ними.

Данилевский считает, что лишь немногие народы смогли создать великие цивилизации и стать «культурно-историческими типами». Все народы он разделяет на три основных класса: на позитивных творцов истории, создавших великие цивилизации и культурно-исторические типы; негативных творцов истории, которые, подобно гуннам, монголам и туркам, не создали великих цивилизаций, но как «божий кнут» способствовали гибели дряхлых умирающих цивилизаций; и, наконец, народов, творческий дух которых (.elan) по какой-то причине задерживается на ранней стадии развития и становится этнографическим материалом, используемым творческими народами для обогащения своих цивилизаций.

В главе V «Культурно-исторические типы и некоторые законы их движения и развития» книги «Россия и Европа» Данилевский излагает законы исторического развития, вытекающие из его группировки явлений по культурно-историческим типам .

Закон 1. Всякое племя или семейство народов, говорящее на одном языке или принадлежащее к одной языковой группе, представляют культурно-исторический тип, если оно по своим духовным задаткам способно к историческому развитию и уже вышло из младенчества.

Закон 2. Дабы цивилизация могла зародиться и развиваться, необходимо, чтобы народы, принадлежащие к данному самобытному культурно-историческому типу, пользовались политической независимостью.

Закон 3. Начала цивилизации одного культурно-исторического типа не передаются народам другого типа: каждый тип вырабатывает их для себя при большем или меньшим влиянии чуждых, ему предшествовавших или современных, организаций.

Закон 4. Цивилизация только тогда достигает полноты, разнообразия и богатства, когда разнообразны этнографические элементы, ее составляющие, — когда они, не будучи поглощены одним политическим целым, пользуясь независимостью, составляют федерацию, или политическую систему государств.

Закон 5. Ход развития культурно-исторических типов всего ближе уподобляется тем многолетним одноплодным растениям, у которых период роста бывает неопределенно продолжителен, но период цветения и плодоношения — относительно короток и истощает раз и навсегда их жизненную силу.

Первые два закона не требуют, по мнению Данилевского, больших пояснений. В самом деле, из 10-ти культурно-исторических типов, развитие которых составляет содержание всемирной истории, три принадлежат племенам семитской расы, и каждое племя, характеризованное одним из трех языков семитской группы -халдейским, еврейским и арабским, — имело свою самобытную цивилизацию.

Арийская группа языков, как известно, подразделяется на 7 главных лингвистических семейств: санскритское, иранское, эллинское, латинское, кельтское, германское и славянское. Из племен, соответствующих этим семи семействам языков, 5 — индийское, персидское, греческое, римское, или древнеитальянское, и иранское — самобытные культурно-исторические типы, развившиеся в самобытные цивилизации (кроме кельтского племени, вошедшего как этнографический материал в состав германо-романского культурно-исторического типа).

Данилевский подчеркивает, что нет ни одной цивилизации, которая бы зародилась и развивалась без политической самостоятельности, хотя достигнув уже известной ступени, цивилизация может еще несколько времени продолжаться и после потери самостоятельности, как видим на примере греков.

Третий закон культурно-исторического развития Данилевский подкрепляет выводами из истории Египта, Китая, Индии, Ирана, Ассирии и Вавилона: нет народа неегипетского происхождения, который принял бы египетскую культуру; индийская цивилизация ограничилась народами, которые говорили на языках санкритского происхождения. Конечно, к древнесемитскому культурному типу принадлежали финикияне и карфагеняне, но первые были народом одного корня с вавилонянами, а последние — колонией финикиян, цивилизация же Карфагена не передалась нумидяпам и другим аборигенам Африки. Китайская цивилизация распространена между китайцами и японцами — переселенцами из Китая же. Евреи не передали своей культуры ни одному из окружавших или одновременно живших с ними народов.

Данилевский ссылается на попытку Александра Михсдонского не только покорить Восток, но и распространить на нем греческую цивилизацию, считавшуюся (по современным теориям) общечеловеческой в IV в. до Рождества Христова. Однако в восточной части Александровой монархии, через 70 или 80 лет, при помощи парфян и скифов, был восстановлен культурный тип Ирана, где он и продолжал господствовать в новом Парфянском, а потом в Сасанидс-ком царствах. В западных областях дела обстояли лучше: в Сирии, Малой Азии правили цари греческого происхождения; двор, столица и города приняли греческие обычаи и моду, греческим скульпторам, архитекторам, резчикам, золотых дел мастерам открылась масса возможностей для сбыта их произведений.

Кажется, всего лучше дело пошло в Египте: в Александрии образовались музеи, библиотеки, академии, процветала философия, но все — по-гречески. Ученая Александрия была греческой колонией. Правители щедро покровительствовали греческим ученым, философам, всем носителям греческой культуры, но греческая цивилизация благодаря этому не передалась Египту, как и вообще Востоку.

Если грекам не удалось передать свою цивилизацию путем завоеваний, то не были ли они удачливее в этом при завоевании их римлянами? Данилевский подчеркивает: «… только потому, что римляне остались римлянами, произвели они нечто великое», а умозрительное, метафизическое направление греческого ума было несвойственно людям латинской расы. Передача цивилизации была испробована, но не удалась. Римские начала остались самобытными, верность началам национального государственного строя сделала из Рима самое могущественное «политическое тело изо всех когда-либо существовавших». Правила гражданских отношений, перешедшие из обычая в закон и приведенные в стройную систему, положили основание пауке права, представляя образец гражданского кодекса, который изучают до сих пор юристы всех стран- В архитектуре, ‘•де римляне своей аркой и куполом продемонстрировали самобытность, они создали Колизей и Пантеон, стоящие наравне с лучшими образцами греческого искусства. Наконец, в поэзии, там где она была отражением римской жизни, в одах Горация, в эле-иях и сатире, римляне расширили возможности поэзии. В области науки об истории Тацит стоит наравне с Фукидидом.

Сами римляне насильственно передавали свою цивилизацию покоренным ими народам. «…Они уничтожали самобытную культуру там, где она была (например, в друидической Галлии), строили города — колонии римской жизни и римского быта, но нигде не возбудили цивилизации», — делает вывод Данилевский . Одним из наиболее способных к цивилизации народов, разрушивших Римскую империю, были, конечно, готы. Они проникли в Италию и образовали могущественное царство, во главе которого стоял один из мудрейших и благонамереннейших государей, когда-либо царствовавших, — Феодорик . Он поставил самую благородную и гуманную цель — слить победителей с побежденными, привить первым римскую цивилизацию. Что же оказалось? Готы, находясь в слишком близких отношениях с цивилизацией Рима, будучи подавлены ее блеском, не усвоили ее и потеряли и свою политическую силу. Еще около трех столетий продолжался мрак варварства в Европе, прежде чем исчезнувшая цивилизация стала воздействовать на новые ее типы.

Таким образом, вся история, по мнению Данилевского, доказывает, что цивилизация не передается от одного культурно-исторического типа другому. Однако цивилизации воздействуют друг на друга. Во-первых, посредством колонизации. Таким образом финикияне передали свою цивилизацию Карфагену, греки — Южной Италии и Сицилии, англичане — Северной Америке и Австралии. Во-вторых, посредством «прививки»: греческим черенком была Александрия на египетском дереве; Цезарь привил римскую культуру к кельтскому корню. Есть и еще один способ воздействия цивилизации на цивилизацию: способ, которым Египет и Финикия действовали на Грецию, Греция — на Рим, а Рим и Греция — на германо-романскую Европу.

По Данилевскому, большинство цивилизаций являются созидательными не во всех, а только в одной или нескольких областях деятельности. Так, греческая цивилизация аостигла непревзойденных высот в эстетической области, семитская — в религиозной, римская — в области права и политической организации. Прогресс человечества не в том, чтобы всем идти в одном направлении, а в том, чтобы все поле, составляющее поприще исторической деятельности, исходить в разных направлениях . Таков вывод Данилевского.

Причину враждебного отношения Европы к России и славянству Данилевский видит в том, что Европа уже вступила в период упадка, в то время как славянская цивилизация входит в период расцвета своих творческих сил.

Данилевский пишет, что если европейская цивилизация оказалась двусоставной, т.е. творческой в двух областях — политической и научной, — то русско-славянская цивилизация будет трех- или даже четырехсоставной в четырех областях: религиозной, научной, политико-экономической и эстетической.

Освальд Шпенглер (1880— 1936), чье имя занимает важное место среди философов истории и культуры, объявил себя уникальным и единственным создателем истинно научной схемы исторического процесса развития цивилизаций. По его словам, книгой «Закат Европы» был поставлен вопрос, который вообще никогда не ставился ранее: существует ли логика истории? Попробуем разобраться, каковы же новые методы исторического познания, предложенные О.Шпенглером .

Книга «Закат Европы» на русском языке вышла в 1923 г. с названием «Образ и действительность», снабженная предисловием профессора А.Деборина. Книга О-Шпенглера никого не оставила равнодушным: незаурядный талант и необыкновенная, подавляющая эрудиция автора, обрушивающего на читателя исторические события всех эпох, философские учения Греции, Китая, сведения о народе майя, математику Евдокса и Гаусса, пещерную живопись, архитектуру древнего Египта, картины мастеров фламандской школы, фуги Баха и т.д. — все для подтверждения своих рассуждений.

О.Шпенглер пишет: «Гибель Запада … представляет проблему цивилизации. Здесь перед нами один из самых основных вопросов истории. Что такое цивилизация, понятая как логическое следствие, как завершение и исход всякой культуры?». Поскольку всякая культура имеет свою собственную цивилизацию, то цивилизация, по Шпенглеру, есть неизбежная судьба всякой культуры. «Цивилизация есть совокупность крайне внешних и крайне искусственных состояний, к которым способны люди, достигшие последней стадии развития. Цивилизация есть завершение… Она — неотвратимый конец; к нему приходят с глубокой внутренней необходимостью все культуры», — таков вывод О.Шпенглера, утверждающего, что расцвет западноевропейской культуры завершился. Она вступила в фазу цивилизации и не может дать ничего оригинального ни в области духа, ни в области искусства. Наступил век чисто экспансионистской деятельности, которая лишена эвристической яркости, высшей художественной продуктивности.

Судьба европейской цивилизации не является исключением: каждая культура обособлена от всех других, и она последовательно проходит цикл развития от рождения к смерти.

Итак, история распадается на ряд независимых, неповторимых, замкнутых циклических культур, которые должны пережить рождение, становление и закат и имеют сугубо индивидуальную судьбу.

Главное для Шпенглера — внутренняя жизнь культур, отсюда аналогия носит чисто внешний характер, поскольку сравниваются чисто внешние черты цикла развития.

Шпенглер в работе «Пессимизм ли это?» сетовал: «Мою книгу до сих пор почти никто не понял». Это не так. Достаточно многие философы разделяли и разделяют его позиции. Так, тезис об отсутствии смысла в истории лег в основу мировоззрения Сартра, Барта, Нибура, Поппера — философов различных направлений. Все они отрицали взаимосвязь исторических событий, а экзистенциализм — даже объективность метода исторической науки. По Хайдеггсру, человек, выброшенный в абсурдный мир, создает историю на основе собственных решений. Следовательно, и для экзистенциалистов, и для неопозитивистов история не имеет объективного смысла. Отсюда — устраняющаяся сама собой идея прогресса.

Шпенглер все-таки искал в европейской культуре еще не реализованные возможности, выявив творческий потенциал. От апокалипсиса может спасти только подлинное самосознание, трезвый взгляд на миропорядок.

Еще Гердер писал об отдельных стадиях человеческого развития, в чередовании которых каждая нация раскрывает себя как определенный смысл. Шпенглер ставит цель: заставить людей осознать значительность и своеобразие всех великих культур, существовавших на земле. Огромный интерес Европы к Востоку, который в конце XX в. воспринимается как богатейший культурный космос, подтверждает, что Шпенглер во многом оказался прав.

Поскольку каждая культура создает исторические феномены — символы своей души, она способствует общему развитию человечества. Шпенглер развивает идею о пробуждении души культуры, ее безграничном одиночестве, стремлении подчинить себе враждебность мира, пространства, границы путем создания символов, являющихся материальным выражением этой культуры. Числа, язык, архитектура и т.д. — символы души данного духовного космоса.

Объективизация души в пространстве исчерпывает ее творческие силы. Пройдя свой цикл, душа уходит в вечность. Поэтому образ пространства весьма значим для Шпенглера. Он подчеркивает, что о культуре мы можем говорить только тогда, когда обнаруживаем изменение и развитие форм человеческого бытия. Вот почему история преходяща и неповторима.

Историки и политологи делят мир на цивилизации (со времен Гизо), определив основные среди них: западная, конфуцианская, японская, исламская, индуистская, латиноамериканская, славяноправославная.

Цивилизация, по Шпенглеру, есть «воля к мировому могуществу, к устранению поверхности земли». «В основе мира лежит «Я» — человек, отсюда существует столько же миров, сколько людей и культур», то есть только субъективное, индивидуальное представление о мире. Отсюда знаменитая фраза — «научное познание есть само-познание».

Носителями и создателями культуры Шпенглер называет дворянство и духовенство — это творческая сила общества. Почему дворянство? Оно кровно связано с землей, а земля — основа человеческого бытия. В этом смысле дворянство — более высокая ступень крестьянства, «самая сущность крови и расы, поток существования в мыслимо современной его форме». Пролетариат — это безликая масса, а «масса есть конец, радикальное ничто». Цель пролетариата — разрушить культуру, а возродить же культуру, ее ценности пытаться бессмысленно. Культура происходит от «культа», она связана с культом предков, она невозможна без священных традиций. Шпенглер заключает, что философия, искусство существуют лишь в культуре, культура — аристократична и органична. Цивилизация — это мировой город, она проникнута стремлением к равенству, она демократична и хочет обосноваться в количествах. Культура национальна, цивилизация же — интернациональна.

Для более полного понимания проблем развития цивилизаций необходимо остановиться на «больших циклах» Н.Д.Кондратьева (1892—1938) и циклическом контуре пассионарной концепции Л.Н.Гумилева (1912-1993).

Известная теория «больших циклов» (48—55 лет) Н.Д.Кондратьева касается больше экономических проблем общества, однако их социально-исторические обобщения легли в основу теории волнового циклического процесса. Ключом к пониманию гумилевской концепции является понятие этноса. «Когда создается первоначальный этнос, то инициаторы этого возникающего единения подбирают себе активных людей именно по этому комплиментарному признаку — выбирают тех, кто им просто симпатичен» . Так вокруг Ромула и Рема на семи холмах объединились 500 человек, что положило начало Риму. Вокруг Чингисхана собирались люди «длинной воли».

Именно этносы являются феноменами, в коих осуществляется взаимодействие людей и природной среды, это системы, лежащие на стыке биосферы и социосферы. Природа этноса, по Гумилеву, его этногенеза — энергетична. Опираясыт В.И.Вернадского, Гумилев определяет природу этой энергии: биогеохимическая энергия живого вещества (энергия, накапливаемая растениями путем фотосинтеза и усваиваемая животными через пищу). Пассионарность — эффект воздействия энергии живого вещества на характер и поведение человека, члена того или иного этноса.

Пассионарность — антиинстинкт, идущий вразрез с инстинктом самосохранения. Ради достижения взлелеянной цели пассионарная личность не жалеет ни своей, ни тем более жизни других людей, своих со-племешшков. Модусы пассиоиарности разные: тщеславие, алчность, гордость и т.д. Пассионарных личностей не много, но они создают необходимую для развития этноса критическую массу. Именно эта энергия уходит на создание культурных ценностей и политическую деятельность, на написание книг, ваяние скульптур, строительство городов.

Пассионарии появляются, по Гумилеву, в результате «пассионарного толчка», который длится приблизительно от 1 до 5 лет. За последние 3 тысячи лет на территории Евразии зафиксировано много таких толчков: в XVIII, XI, VIII и III вв. до н.э.; в I, VI, VIII, XI, XIII и XIV вв. н.э. .

По Гумилеву, на вытянутой и узкой полосе земной поверхности (200 — 300 км) в результате «вариабельного космического облучения», возможно, от вспышки сверхновой звезды возникает серия пассионарных популяций. Новые этносы появляются через 130—160 лет инкубационного брожения этих популяций. Вектор этногенеза идет по фазам (являясь энергетическим процессом, этногенез подчиняется второму началу термодинамики, или закону энтропии).

Первая фаза этногенеза — подъем. Человеческий коллектив, впервые восходящий на историческую арену, вдохновляется императивом: «Надо исправить мир, ибо он плох». Люди больше занимаются собой, чем природой.

Вторая фаза — акматическая, это наибольшая, предельная активность этноса, его пассионарных особей. Этническая система набухает энергией, выливающейся в войны (междоусобица в XI — XIV вв. в Западной Европе). Люди самоутверждаются, природой заняты еще меньше.

Третья фаза — переход к императиву: «Мы устали от великих». Надлом, пассионарное оскуднение, завоевания сменяются занятиями наукой, творчеством (фаза надлома в Европе совпала с эпохой Возрождения). В этой фазе давление на природу деструктивно и проявляется в наибольшей степени.

Четвертая фаза — тяга к спокойной и нормальной жизни с императивом: «Будь таким, как я!» Верх берут особи «золотой посредственности». Теория прогресса дает «санкцию» на безжалостное уничтожение природы, которая мстит за себя: пустынями, мертвыми морями, катаклизмами разного рода.

Пятая фаза — обскурация — это сумерки этноса, фактически это конец с императивом: «Будь таким, как мы!» — высмеивай трудолюбие, презирай интеллект, не стесняйся невежества. Примерно через 1 500 лет конец неизбежен.

Осколки распавшегося этноса, их группы, отдельные персоны впадают в состояние гомеостаза (статичности). Тревоги и заботы творческой жизни позади, императив — «Будь сам собой доволен» (примеры — североамериканские индейцы, эскимосы, алеуты, пигмеи Центральной Африки, аборигены Австралии). Гумилев считает, что все подобные народы — это не начальные, а конечные фазы этногенеза, этносы, растерявшие свой пассионарный фонд. Люди превращаются, по сути, в элемент ландшафта. Гумилев считает, однако, что реликтовый этнос — не единственный вариант завершения этногенеза: отдельные представители могут стать субстратом для формирования нового этноса.

Конечно, в этой концепции многое еще не совсем ясно, возникает множество вопросов, вокруг которых не прекращаются дискуссии.

Циклические концепции культуры

В отличие от эволюционных концепций культуры авторы последующей парадигмы — циклической — заостряют внимание на морфологическом строении культуры, на определении периодов ее жизни, на сходстве и различии прохождения жизненного цикла развития культуры.

Партикулизм исходит из мировоззренческой установки на разъединение культур, на практику культурной обособленности. Универсализм — из тезиса о стремлении культур к единству, к созданию мировой культуры. В течение истории наблюдается тенденция от партикулизма к универсализму: так, Бердяев писал о том, что древний мир был партикулярен, а в Новое время культуры тяготеют к слиянию.

Н.Я.Данилевский (1822-1885). Славянофил, т.е. сторонник самобытного, отличного от Запада пути России. Работа «Россия и Европа».

Народы разделяет на три типа:

  1. Позитивные творцы истории, создавшие великие цивилизации (культурно-исторические типы — КИТ).

  2. Негативные творцы истории («Божий кнут») для дряхлеющих цивилизаций.

  3. «Этнографический материал» (примитивные народности, задержавшиеся на ранних стадиях развития).

Культурно-исторических типов Д. выделяет девять, среди которых египетский, древне-семитский, греческий, римский, германо-романский и др.

Основные закономерности развития культурно-исторических типов (цивилизаций):

  1. Любое племя, народ, говорящий на одном языке — культурно-исторический тип, если он способен к историческому развитию и уже прошел стадию детства (т.е., этнографического материала).

  2. Необходимость политической независимости.

  3. Основные принципы одного КИТ не передаются другим. Так, попытки перенести греческое культурное влияние на восток и английское в Индию были тщетны. Но могут передаваться отдельные черты путем «взаимного перекрестного оплодотворения (Восток и Зпад) в том случае, если они соответствуют национальному характеру и ценностной иерархии воспринимающего народа, или отчасти путем колонизации («прививка черенка на чужое дерево» — эллинистическая Александрия).

Ход развития культурно-исторических типов:

  1. Период возникновения культуры может быть очень долгим и кончается, когда культура переходит от этнографического типа к стадии «модели» (т.е. некой локальной целостности).

  2. Стадия культурной и политической независимости.

  3. Расцвет, длящийся относительно недолго. Потом нация окаменевает, становится нетворческой, разрываемой внутренними противоречиями

Большинство цивилизаций созидательно не во всех, а только в одной области (греческая культура преуспела в эстетической, римская — в политической, иудейская — в религиозной сфере). Русско-славянская (базирующая на союзе России с другими славянскими народами) должна совместить все эти сферы и разработать доселе неразработанную политико-экономическую. Союз России и Европы невозможен в силу того, что они находятся на разных стадиях развития: Европа — на стадии упадка, а Россия — в начале своего пути.

Освальд Шпенглер (1880-1986). Работа «Закат Европы» (1 том — 1918, 2 том — 1932). Яростный партикулист: основной тезис Ш.: культуры герметично замкнуты и не могут понять друг друга. Каждая из них имеет собственную судьбу, ибо имеет особую, единичную «душу культуры». Потому единая мировая культура невозможна. Потому же все культуры эквивалентны, равноценны.

Задачей своей работы Ш. считал повторение дела Коперника, «когда он перешел от птолемеевой мировой системы к единственной…, и таким образом устранил случайность, определяющую собой местонахождение наблюдателя на одной из планет». Это значит, что исследователь досконально способен понять лишь одну культуру, собственную, т.к. его ценности (как представителя данной культуры) во многом, а то и абсолютно расходятся с ценностями других культур.

Здесь Ш. выступает против идей евроцентризма (популярных в науке о культуре, благодаря эволюционизму). Он считает, что эта наука строилась на «невероятно скудной и лишенной смысла схеме» истории человечества (античность—средневековье—новое время), в соответствии с которой развитие культур мыслилось как вращающееся вокруг Европы. Это огромный оптический обман, благодаря которому «исторический материал целых тысячелетий, отделенный известным расстоянием, например, Египет и Китай, принимает миниатюрные размеры, а десятилетия, близкие к зрителю, начиная от Лютера и особенно Наполеона, приобретают причудливо-громадные размеры». Такого рода мышление присуще дикарю, который разделяет мир на свою деревню и все остальное, причем, его деревня больше, чем остальной мир.

Шпенглер отходит от историзма, для того, чтобы развернуть перед читателем палитру локальных культур, исследуя каждую из них отдельно, исходя не с евроцентрических позиций, а всецело из нее самой. «Человечество — пустое слово», абстракция, и ни одна культура не вмещается в это понятие всецело. Единый путь истории культуры, прокрустово ложе, нивелирующее разнообразие культур в угоду их «общечеловеческому сходству». Какое отношение имеет Ницше, во многом определивший западную культуру к магометанскому миру или древнему Китаю? Каждой культуре присущ собственный способ развития, жизни, творчества. Так, например, склонность европейцев к автобиографии была чужда греческой античности.

Ш. выделяет семь великих культур прошлого: египетскую; индийскую; вывилонскую; китайскую; греко-римскую (аполлоновскую); майя; византийско-арабскую. Из ныне существующих Ш. выделяет две — близящуюся к закату европейскую и становящуюся (воинственно-непредсказуемую) «русско-сибирскую».

«Я вижу на месте монотонной картины однолинейной мировой истории… феномен множества мощных культур, со стихийной силой расцветающих из лона материнской почвы, к которой каждая из них строго прикреплена на протяжении всего своего существования; культур, каждая из которых придает своему материалу, человеческой природе свою собственную форму, каждая из которых обладает своей собственной идеей, своими собственными страстями, своей собственной жизнью, волей, манерой воспринимать вещи, своей собственной смертью…Каждая культура имеет свои собственные возможности выражения, которые появляются, созревают, увядают и никогда не возвращаются. Есть множество различных по самой своей сущности скульптур, живописей, математик, физик, каждая с ограниченной продолжительностью жизни, каждая замкнута в себе, подобно тому, как каждый вид растения имеет свое собственное цветение и плодоношение, свой собственный тип роста и умирания. Эти культуры, живые существа высшего порядка вырастают с возвышенной бесцельностью, как цветы на поле».

Главная задача исследователя — ухватить первофеномен каждой из этих культур и вывести из него формы данной культуры (искусства, науки и т.п.). Этот «первофеномен» — «душа культуры». «Культура — это символически выраженная целостность (система), в которой естественно и многообразными способами реализует себя соответствующая душа». Великие культуры прошлого различаются именно душой, порождающей собственное искусство, философию, историю и даже собственную природу. Ш. ассоциирует душу культуры с душой человека и считает, что К., подобно человеку, являет собой живой организм. «Каждая культура проходит возрастные ступени отдельного человека. У каждой есть свое детство, своя юность, своя возмужалость и старость. Культура рождается, когда из пра-душевного состояния вечно младенческого человечества пробуждается и отслаивается великая душа… Она расцветает на почве строго отмежеванного ландшафта, к которому она остается привязана чисто вегетативно. К. умирает, когда эта душа осуществила уже полную сумму своих возможностей в виде народов, языков, вероучений, искусств, государств, наук…»

Кризис культуры, приводящий ее к гибели, заключается в том, что душа культуры исчерпала себя, ее смыслы и ценности перестали вдохновлять людей: «ее кровь свертывается, силы надламываются, она становится цивилизацией… » Потому смерть культуры неизбежна: «Настанет день, когда перестанут существовать последний портрет Рембрандта и последний такт моцартовской музыки, хотя раскрашенный холст и нотный лист, возможно, и останутся, т.к. исчезнет последний глаз и последнее ухо, которым был доступен язык их форм. Преходяща любая мысль, любая вера, стоит только угаснуть умам, которые с необходимостью ощущали мир своих вечных истин как истинный».

Последней предсмертной стадией жизни К. является цивилизация. Когда практическое благополучие, мир стандартизируемых, тиражируемых вещей полностью поглощает человека, и «огонь души угасает». «Культура и цивилизация — это живое тело душевности и его мумия». В данный момент это происходит с европейской цивилизацией. Становятся ненужными искусства и науки, к власти приходят техника и политика, которые в отличие от культуры организуют общество «не вглубь, а вширь». Спутники Ц. — разрушительная техника, гиперурбанизм, безоглядное подчинение человеком природы, война.

Главная ошибка Ш. — безальтернативность, одновариантность развития культуры. Все культуры следуют одному детерминистическоми пути.

К. — совершенно одинокие существа, глухие друг к другу, что не мешает им при этом подчиняться общим закономерностям развития (почему же, если они разные, их путь — настолько общий).

Арнольд Джозеф Тойнби (1889-1975). Раб. «Постижение истории».

Отличие от Ш.: 1) Тойнби не рассматривает культуры как обособленные системы (он — универсалист); 2) Т. не разделяет понятия «культуры» и «цивилизации», для него они синонимичны; 3) Т. не разделяет пессимизма Ш. по поводу «заката культур», т.к. культуры у него вытекают друг из друга: одна культура является основанием другой (процессуальность, переход из одной культуры в другую).

Каждая культура — одна из ступеней на пути реализации божественного предназначения человечества (близко идее саморазвертывания Мирового духа в культуре Гегеля).

Объект исследования Т. — цивилизации, т.е. общества более широкой протяженности в пространстве и во времени, чем города-государства, национальные государства и политические союзы. Значит, «социальный атом» — не государство, а общество. Т. выделяет 21 цивилизацию (западная, две православные — российская и византийская, эллинская, сирийская, шумерская, китайская и т.д.), в том числе пять «мертворожденных» и четыре остановившихся в развитии.

Помимо Ц. существуют примитивные общества, которых около 650. Их характеристики: короткая жизнь, ограниченная территория, малочисленное население.

Движущее начало цивилизаций — механизм «Вызова-Ответа». Этот механизм обеспечивается наличием творческого импульса и внешнего фактора (среды) и отношениями между ними. Среда бросает вызов и человек (общество) должен ответить на него актом культурно-исторического созидания. Первый вызов бросает Дьявол Богу, находя прорехи в Божественном творении, и тем самым побуждая Бога к новым актам творчества. Вызов-и-Ответ — диалог человечества с Логосом (божественным законом).

Развитие культуры осуществляется как серия Ответов, даваемых творческим духом человека на те вызовы, которые ему бросают природа, общество и внутренняя бесконечность самого человека. Различие в развитии цивилизаций объясняется различием вызовов и различием выбора ответов. Движение истории определяется интенсивностью и полнотой Отвера на Вызов. Вызов, оставшийся без Ответа, повторяется вновь и вновь, и если общество не может создать Ответа, оно распадается и исчезает со сцены истории.

Стадии развития цивилизаций:

1). Стадия генезиса. Независимые цивилизации появились в результате мутации примитивных обществ или путем отделения от предшествующих цивилизаций. Зарождению цивилизаций способствует вызов среды (природной или человеческого окружения). Генезис Ц. — ответ на вызов среды.

2). Стадия роста. Для развития Ц. среда не должна быть ни слишком благоприятной, ни слишком неблагоприятной (в первом случае нет вызова, а потому нет необходимости ответа, во втором Ц. может погибнуть, «задохнуться» в борьбе со средой). Так, спартанцы, эскимосы, османы пытались дать слишком интенсивный ответ на слишком суровый вызов и «задохнулись».

Движущая сила развития Ц. — творческое меньшинство, которое увлекает за собой инертное большинство (внутренний пролетариат). Творческое меньшинство — это элита: правители, военные, священники, ведомые мистическим «жизненным порывом». Именно они создают неповторимый облик каждой Ц., воплощенный в символах.

По мере роста Ц. возникает все меньше вызовов из внешней среды и все больше рожденных внутри действующей социальной системы.

Критерии роста Ц. — увеличение ее духовной независимости и самодетерминации.

3). Надлом и разложение Ц. Может быть вертикальный раскол, когда общество распадается на ряд локальных государств, которые начинают вести междуусобные войны, и горизонтальный раскол. Его причина в том, что творческое меньшинство начинает «почивать на лаврах» («интоксикация от побед»), поклоняться относительным ценностям как абсолютным, теряет харизматическую привлекательность, и внутренний пролетариат перестает ему подчиняться.

Горизонтальный раскол заключается в выделении трех групп (правящее — бывшее творческое — меньшинство; внутренний пролетариат; внешний пролетариат). Каждая из этих групп рождает собственный социальный институт. Правящее меньшинство порождает универсальное государство, внутренний пролетариат — вселенскую церковь, внешний пролетариат — отряды вооруженных варваров. На этой стадии — стадии «дезинтеграции» творческое меньшинство не способно более дать отпор восстаниям возмущенного внутреннего пролетариата и вторжению варваров (внешнего пролетариата).

Универсальное государство призвано установить контроль над разрушительными силами. Вселенская церковь появляется в периоды опасности (при сломе социальной системы) и становится жизнетворящим центром нового общества; она начинает заменять отжившие социальные институции, поддерживая человека и общество вместо них. Постепенно она становится универсальной церковью. Тем самым она «перебрасывает мостик» в следующую цивилизацию. Именно в движении к экуменической религии будущего осуществляется прогресс человечества, поскольку именно религия способна к сплочению людей, именно она задает им общие смыслы, ценности, идеалы. Следовательно, залог роста цивилизаций — переход от более грубой к более тонкой религии и культуре.

Питирим Сорокин (1889-1969). Раб. «Социодинамика культуры». Русско-американский социокультуролог.

С. понимает культуру как систему значений, ценностей, которые интегрируют людей в единую общность. Следовательно, изменениям в поведении людей, искусстве, политике, экономике предшествуют изменения в ценностях.

Для С. общество и культура тождественны, это единый феномен. С его т.зр. существует жесткая триада: личность–общество–культура. Личность выступает как субъект взаимодействия; общество как совокупность индивидов и их отношений; культура — как совокупность значений, ценностей, норм и их носителей.

Культура — «единство или индивидуальность, все составные части которой пронизаны одним основополагающим принципом и выражают одну и главную ценность…Именно ценность и служит основой и фундаментом всякой культуры». Культура есть система ценностей, включающая язык, науку, искусство, религию и мораль. Совокупностью и долговечностью этих составляющих и определяется специфика К. Систему К. можно считать интегрированной, если ее элементы меняются одновременно или параллельно (когда изменение одного компонента сопровождается изменением других). Наиболе интегрированы элементы, которые наиболее близко соприкасаются с определяющей культуру системой ценностей; они и составляют ядро культуры. Другие же элементы могут отставать или забегать вперед (на этом основана инновация и, в частности, заимствование элементов из другой культуры).

На основе преобладания определенных видов ценностей в культуре С. и строит свою модель развития и функционирования «культурных суперсистем». Культурная суперсистема — тип исторической целостности, характеризующийся единством целей, доминирующих в мировосприятии, т.е. общностью представлений о природе и сущности бытия, о потребносях субъектов, способах и формах их удовлетворения.

В соответствии с системой ценностей С. выделяет три вида культур, циклически сменяющих друг друга в истории:

1). Идеациональный. Прироритеты идеациональных культур — духовность, надмирный, сверхчувственный абсолют. Система ценностей И.культуры вытекает из представления о сверхчувственности и сверхразумности Бога (брахманская Индия, буддийская культура, средневековая европейская культура). Цели и потребности И. культуры — духовны, направлены на приближение человека к Богу.

2). Чувственный. Основная идея такой культуры — что объективная реальность и ее смысл чувственны. Она доминирует с 16 в. до сих пор, определяя специфику современной культуры. Другие «чувственные» культуры в истории — египетская, вавилонская, греко-римская.

3). Идеалистический тип культуры синтезирует идеациональное и чувственное начала, заключает в себе совокупность сверхчувственного, сверхрационального, рационального и сенсорного аспектов (культура Возрождения, культура греческой классики).

Культуры подвижны, т.е. их главенствующие ценности не остаются неизменными, а меняются в зависимости от исторических, политических, экономических и др. колебаний (флуктуаций). Эволюция К. связана с преодолением заблуждений. «Закат» К. обусловлен утратой чувства реальности, монопольностью истины, перестающей удовлетворять чувствам и потребностям людей. Тогда общество становится дезориентированным и дезоранизованным, ибо его догмы окостеневают, мертвеют. Тогда они меняются, создается новая система ценностей и идеалов, и культура переходит к новому типу (таков цикл развития К.).

Переход от одной фазы в другую порождает потрясения и конфликты. Несмотря на это, данный переход закономерен. Все войны и катастрофы 20 в. С. объясняет как закономерное следствие перехода европейского общества из чувственной фазы (пика которой оно достигло в 19 в.) к идеациональной.

Тенденции развития современной культуры:

1). Перемещение центра творческих сил от западноевропейской К. к американской и отчасти русской.

2). Упадок чувственной культуры, которая становится враждебной силой (особенно в лице техники).

3). Становление интегральной культуры, которая будет базироваться на духе творчества и альтруизма.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *